«Ребекке сказали, что она родила мертвого мальчика, что они позаботятся о том, чтобы похоронить его по-христиански, и ей лучше не знать, где могила».
«Могила? Не так давно Сауль утверждал, что его кремировали… Нет, Голден, я подозреваю другое», — ответил я.
И все ей рассказал.
Она молчала несколько секунд, прежде чем ответить.
«Я размышляла об этом последние несколько месяцев, но не хотелось верить, что такое возможно».
«Видишь, и ты подозревала… Признайся, что такие мысли возникали у тебя и раньше».
«Да, когда я прочитала про молодых самоубийц. Вот почему я хотела исследовать эту тему. У меня были подозрения, но я ничего тебе не сказала».
«Я пришел к тому же выводу, поэтому сейчас мне понадобилась ты».
«Ты знаешь, о чем просишь?»
«Я в здравом уме, Голден. Но это ради Ребекки. Мы должны знать, что произошло на самом деле. Это единственный способ».
Она насторожилась, и ее настороженность была вполне объяснима.
«Поклянись, что это не ловушка, чтобы поймать меня».
«За тобой никто не будет следить. Я не занимаюсь киберпреступлениями, меня не интересует, что ты делала в прошлом, если это не связано с нынешним уголовным расследованием, и я ни в чем тебя не подозреваю».
«А мое нападение на инспектора?»
«Судья пойдет на уступки, если ты согласишься сотрудничать. Ты же знаешь, что я не подам жалобу, даже если прокуратура будет настаивать».
«А похищение несовершеннолетней?»
«Именно поэтому нам понадобится Сауль».
Последняя фраза висела без ответа больше минуты. Я начал опасаться, что Голден испугается моего предложения и это наша последняя виртуальная встреча.
К счастью, через некоторое время на экране начали появляться буквы.
«Я не собираюсь высовываться, я не могу так рисковать».
Я успокоил ее, прежде чем она запаниковала.
«Ты не нужна мне целиком, только часть», — настаивал я.
Голден не торопилась с ответом.
«Хорошо, но знай, я делаю это для БК».
Я не понял.
«БК?»
«Да, БК, Бекка. Когда мы сменили личность, Ребекка сохранила свои инициалы: БK, Бекка, как мы называли ее дома. Так она расписывалась в письмах и так называла себя в интернете», — объяснила Голден.
«Хорошо, тогда ради БК. Я скажу тебе, как мы это сделаем».
Я дал ей подробные инструкции, как пользоваться набором для взятия домашнего анализа на ДНК. Я знал, что адвокат пошлет нас куда подальше с таким тестом, потому что цепочка не была застрахована, но меня интересовало одно: тест должен показать то, о чем я уже догадывался. Если мое подозрение окажется верным, мне будет легче убедить Голден провести более надежный забор анализа, который послужит доказательством в суде. Сауль к тому времени будет уже арестован.
«Еще один вопрос: ты знала, что собиралась изучать Ребекка?»
«Она могла бы изучать все, что угодно — возможно, что-то связанное с информатикой… Она любила историю, но не хотела заниматься тем же, что отец. Я сама отговаривала Бекку от этого всякий раз, когда размышляла над ее судьбой. Надо было исключить малейший шанс того, что они встретятся где-нибудь в профессиональной среде. Еще она говорила, что хотела бы работать с детьми, и, может быть, ей стоило бы изучать педагогику или психологию. Как видишь, типичный подросток: способностей много, а выбор сделать сложно. Тебе это чем-то помогло?»
«Пока не знаю. Может быть. Мне нужно, чтобы ты сдала этот образец как можно скорее, Голден».
«Хорошо, пойду тебе навстречу, прежде чем пожалею об этом».
В пятницу утром я уже передал образец доктору Геваре.
— Четыре или пять часов, — пообещала она. — Я позвоню вам сразу, как только получу результаты.
Я вернулся домой, то и дело поглядывая на часы. Во второй половине дня у меня был назначен логопед, и, чтобы хоть как-то убить время, я надел кроссовки и отправился на пробежку в сторону Оларизу.
20 января 2017 года, пятница
На обратном пути я бежал по Прадо, когда в кармашке на предплечье зазвонил новый мобильный. Это были Эстибалис и ее нетерпение.
— Быстро беги во Дворец правосудия. Результаты готовы, — потребовала она.
Я повиновался без возражений и прямо в рейтузах и худи явился в треугольное здание.
Когда я вошел в кабинет доктора Гевары, там уже были Альба и Эстибалис.
— Заместитель комиссара, доктор, инспектор… — поприветствовал я всю честну́ю компанию, стараясь перевести дыхание после пробежки.
— Вам лучше присесть, инспектор Айяла, — сказала Альба серьезным тоном.
Под глазами у нее темнели круги, которые наводили на мысль, что в последние ночи она плохо спала. Я почувствовал себя негодяем — ведь это я был виноват в ее непростой беременности.
— Вы были правы, инспектор, — продолжала Альба. — Результаты анализов нас потрясли. Вам слово, доктор Гевара.
