— Потому что ждал начальство до последнего, — устало вздохнул он. — Только утром наконец разрешили проверить эту информацию лично. Так что, как только дали добро, я и рванул первым же бортом. Даже вещи толком собрать не успел.
В глазах Глебова было столько упрямства и искренней тревоги, что сомнений в его словах у меня уже почти не осталось.
— Так что я просто пойду с вами и посмотрю лично. Если ошибся, так это к лучшему. Но если я прав, тогда успеем передать наверх и хоть как-то исправить ситуацию.
Я задумался, понимая, что человек передо мной говорит дело, а не штабные отписки. Он рисковал, но риск был оправдан. И он был абсолютно прав в том, что решать вопрос надо на месте. Пока высокое командование сделает свои перетрубации, духи успеют уйти сто раз. Но все равно, осталось понимание, что Глебов далеко не все мне говорит.
— Ну что ж, товарищ майор, рад буду вместе пройтись, — закончил разговор я.
На этом я больше не стал допытываться до Глебова. Оставил майора в покое, чтобы он хотя бы перевел дух после перелета.
Вокруг продолжалась обычная суета перед боевой операцией — бойцы проверяли снаряжение, получали боекомплекты, а офицеры негромко переговаривались, уточняя последние детали.
От размышлений меня отвлек голос одного из радистов.
— Товарищ майор, — обратился он к Сергееву. — Только что сообщили, что подразделения бригады подполковника Шлыкова начали выдвижение на северо-запад в сторону горного массива.
— Как начали? — явно изумился майор Сергеев.
— Там уже поднялись на позиции артиллерийские батареи, бронетехника уже пошла, — развернуто ответил радист.
— Вот значит как… — задумчиво протянул Сергеев. — Командование решило начать операцию раньше времени, ничего толком не скоординировав с нами. Глебов, ты слышал это? Были на этот счет какие-то распоряжения?
Глебов, стоявший рядом и ковырявшийся в рюкзаке, утвердительно кивнул.
— Слышал. Шлыков и его «знакомые» как всегда хотят быть на шаг впереди. Торопятся награды получать.
Интересно получалось. Главное, чтобы Шлыков своим ранним выдвижением, не сорвал нам все это дело.
— Товарищ майор, а у нас не сорвется план? — прямо спросил я у Сергеева. — Духи ведь тоже не идиоты. Услышат арту и либо уйдут глубже в пещеры, либо вообще уйдут через Пакистан. А мы останемся ни с чем.
Сергеев крепко задумался, переглянулся с Глебовым.
— Вот и я о том же, — процедил он. — Наш выход планировался скрытным, по-тихому. Сейчас БМП и батареи всю округу на уши поднимут. Все планы надо будет перестраивать на ходу.
Глебов только недовольно фыркнул, расправляя полы своей «афганки». Дал понять, что солидарен с таким мнением.
— Ладно, мы не впервые планы на ходу меняем. Раз уж они начали, мы хотя бы будем знать, где духи точно не выйдут, — Сергеев набрал полную грудь воздуха, медленно выдохнул. — Будем смотреть внимательно, где начнут появляться следы отхода.
Далеко на горизонте полыхнул первый артиллерийский залп. Снаряды упали на склонах гор, поднимая клубы черного дыма и пыли.
— Может, оно и к лучшему, товарищ майор, — сказал я. — Артподготовка может заставить духов нервничать и раньше времени показаться.
— Возможно. Выступим чуть раньше, чтобы хоть как-то сохранить элемент внезапности. Духи будут ждать нас оттуда, — он кивнул в сторону артиллерийских ударов. — А мы зайдем совсем с другой стороны. Откуда товарищ Глебов подсказал.
— Ну и отлично, — подхватил Глебов.
— Проверяйте еще раз снарягу и готовьтесь, через час выход.
Сергеев повернулся к радисту, который ожидал распоряжений. Командир спецназа запросил связь с командованием и согласовал выдвижение раньше срока.
— Петров, связь держите на контроле. О любых изменениях сразу докладывайте. Особенно, если у Шлыкова там возникнут проблемы или появятся новые неожиданные ходы.
— Есть, товарищ майор, — ответил радист.
Сергеев снова посмотрел в сторону артобстрела.
— Эх, не люблю, когда все идет не по плану.
Я промолчал, глядя на далекие взрывы.
— Алексей, вы ещё не устали? Нормально себя чувствуете? — спросил Сергеев.
— Нормально, товарищ майор, — улыбнулся я.
Глебов, посмотрев на меня, усмехнулся, явно пребывая в хорошем настроении.
— Смотри, Карелин, не засыпай теперь на марше, а то репортаж твой срежем за плохое поведение!
— Не дождетесь, Сергей Павлович.
Глебов понимающе усмехнулся, но больше шутить не стал. Сергеев бросил взгляд на часы.
— Так мужики, пора выдвигаться.
По его команде спецназовцы быстро выстроились в колонну по двое. Рядом со мной встал Лапшин, на его лице застыла невозмутимость.
— Как состояние? — вполголоса спросил я у Лапшина.
— Не выспался, — признался парень, поправляя подсумок с магазинами.
Сергеев обошел всех, оценивая готовность бойцов.
— Всем напоминаю, что до входа в кишлак идем максимально тихо. Никаких фонарей, никаких разговоров без крайней необходимости.
— Есть! — слаженно ответили бойцы.
Сергеев жестом приказал идти вперед. Первыми шли два спецназовца. Мы двинулись следом за ними.
