В группу режимно-войсковых мероприятий входили проверка документов в местах наибольшего скопления людей (вокзалах, рынках, гостницах); фильтрация подозрительных лиц, побывавших в плену или временно проживавших на оккупированной территории; оперативно-следственные мероприятия; использование заградительной службы в войсках; прочесывание лесных массивов в целях обнаружения заброшенных агентов-парашютистов; частая замена армейских документов.
Система специальных розыскных мероприятий, проводимых органами ОО НКВД, включала в себя организацию наблюдения за вероятными маршрутами движения шпионов, диверсантов и террористов к местам дислокации войсковых частей и соединений Красной армии; наблюдение за родственниками и близкими связями, возможными местами появления или укрытия вражеских агентов; контроль за эфиром с помощью радиоконтрразведывательной службы в диапазоне волн, используемых противником для связи со своими агентами, осмотр мест, удобных для укрытия агентов; выведывание с помощью агентов у родственников или близких связей разыскиваемых лиц об их местонахождении; проверка документов у подозрительных лиц, появляющихся в полосе боевых действий; использование в розыске заградительной службы, а также поиск агентов противника на местности, в населенных пунктах и других местах с помощью агентов-опознавателей, содержателей агентурных квартир-ловушек и т. д.
Система специальных розыскных мероприятий в условиях военного времени сложилась к концу 1941 г. В ведении оперативного розыска полностью использовались агентурная сеть, гласный и негласный аппарат, истребительные батальоны, милиция и бригады содействия милиции. Но на начальной стадии, например, розыск дезертиров и изменников Родины в городах и населенных пунктах прифронтовой полосы вели специально выделенные в распоряжение ОО воинские подразделения под руководством оперативных работников, которые широко использовали агентов-опознавателей, завербованных из числа захваченных в плен, и наших агентов, ранее внедренных в абверовские органы и школы, бойцы партизанских отрядов и оперативных групп, участники подполья.
Ценные сведения чекисты получали также от освобожденных из тюрем и лагерей патриотов, от обслуживающего персонала разведывательных и контрразведывательных органов противника, от лиц, проживавших вблизи мест их расположения от местных жителей.
В ходе допросов выяснялась информация о лицах, завербовавших агента, о полученном им задании, о способах связи и переброски его на советскую сторону, об известных ему завербованных советских военнопленных, действующих в частях немецкой армии, и т. д. Так, военные контрразведчики Подольского специального лагеря по розыску агентов финской разведки в качестве агента-опознавателя использовали бывшего военнослужащего Красной армии А., находившегося в плену у финнов и завербованного ими для шпионский работы. На следствии А. дал правдивые показания и назвал 119 известных ему агентов финской разведки и контрразведки. Будучи направлен с оперативным работником спецлагеря на розыск агентуры противника А. среди прибывших из Финляндии военнопленных опознал еще 17 агентов финской контрразведки, которые были арестованы[501].
В лагерях военнопленных для розыска германских шпионов и диверсантов, а также лиц, известных им по совместному пребыванию, производились только с санкции УОО НКВД и в случаях, если агент: явился с повинной действительно добровольно, а не по заданию разведки противника или в силу сложившихся обстоятельств (потеря напарников, рации, документов, денег в момент выброски или работы, получение серьезных ушибов и ранений при приземлении и т. д.); дал подробные, не вызывающие сомнений показания о себе, об известных ему шпионах, диверсантах и террористах; на допросах вел себя честно и откровенно, проявлял хорошую память; не изобличался другими арестованными агентами в изменнической деятельности на временно оккупированной советской территории, в лагерях военнопленных и в разведывательной школе противника; переброшен на нашу сторону не более двух-трех месяцев тому назад[502].
