Несколько ранее были приняты меры, предусматривавшие проведение операций по очистке районов от преступных элементов, осмотр населенных пунктов, железнодорожных станций и других объектов. Кроме того, в населенных пунктах в прифронтовой полосе при непосредственном участии органов безопасности, разведывательных и контрразведывательных подразделений войск по охране тыла создавались истребительные отряды, бригады и группы содействия, команды самообороны для борьбы с подрывными элементами.
Более жесткий прифронтовой режим устанавливался решениями Военных советов ряда фронтов. На Южном фронте в конце августа 1941 г. на всех коммуникациях был налажен учет задержанных лиц и автотранспорта: из какого они контингента, их принадлежность к частям, виновных нарушителей порядка в тылу и т. д. Нач. Управления войск НКВД по охране тыла Южного фронта З.И. Борисов приказал представлять служебные записки два раза в месяц о выполнении своих обязанностей личным составом частей. По инициативе ОО 21 февраля 1942 г. решениями Военных фронтов также был введен прифронтовой режим на других фронтах.
Следует иметь в виду, что охраны тыла вынуждены были проводить также режимные мероприятия, непопулярные среди местного населения: выселение и переселение жителей прифронтовой полосы по политическим соображениям. Но на этом настаивали многие войсковые начальники и особисты, тем более что такое право им было дано на основании п. «з» ст. 3 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г. Помимо переселения было и отселение местного населения по соображениям военного порядка от 5– до 25-километровой зоны от линии фронта, на тактическую глубину расположения войск в интересах охраны тыла действующей армии.
Речь шла и о безопасности населения. Во время боевых действий некоторые жители не переселялись даже с переднего края обороны наших частей, проживая между боевым охранением и линией обороны. И от огня противника среди них были убитые и раненые. Была и другая причина – население использовалось абвером для получения необходимой информации об обороне частей Красной армии.
Переселение должно было выполняться местными советскими и партийными органами. Но проверка особыми отделами показала, что приказ о переселении жителей не выполнялся на ряде фронтов. Тогда данную обязанность брало на себя командование воинских частей. Однако эта мера не давала положительных результатов ввиду нежелания населения и плохой организации переселения. Жителей вывозили на машинах от линии фронта на 5-10 км, не обеспечивая их необходимыми средствами и жилыми помещениями. Поэтому они возвращалось назад. К тому же, у выезжавших на прежнем месте оставалось все их личное хозяйство.
Докладывая И.В. Сталину о работе по отселению, Л.П. Берия отмечал, что «советские и партийные органы, а также командование фронтов не сумели мобилизовать достаточное количество транспорта для вывоза выселяемых и их имущества. Не был решен вопрос о приеме под охрану от населения недвижимости имущества, фуража и прочих материальных ценностей, которые невозможно вывезти. В результате плохой организации отселения и слабой разъяснительной работы в некоторых районах имели место коллективные отказы местных жителей от эвакуации, а в ряде случаев организовано сопротивление представителям власти. Так, в колхозе «Заря коммунизма» Павловского района Воронежской области около 300 женщин, стариков и подростков с кольями, вилами, топорами и камнями в руках напали на группу красноармейцев и уполномоченных РК ВКП (б), производивших отселение. В Новоусманском районе Воронежской области группа женщин до 200 человек остановила подводу с отселяемой колхозницей и сгрузила ее вещи. При задержании одной из женщин этой группы остальные пытались избить прокурора. В с. Русская Буйловка Павловского района Воронежской области из 820 дворов, подлежавших выселению, выселено только 30. Остальное население, закрыв дома на замки, ушло и скрылось в лесу. Местным органам НКВД было дано указание арестовывать зачинщиков сопротивления отселению из прифронтовой полосы»[1009].
Следовательно, приятые меры по охране тыла привели к более четкой ее организации, сразу давшей положительные результаты. Если в июле-августе 1941 г. войска охраны тыла Южного фронта не задержали ни одного агента, в сентябре их было задержано уже 70, а концу 1941 г. – 326 и ликвидировано 32 диверсионно-разведывательные группы. На некоторых направлениях в отдельные периоды времени число обезвреженных агентов было весьма значительным: в ноябре 1941 г. на Ленинградском фронте число задержанных составило 7506, а в декабре – 7580 человек. С 22 июня 1941 г. по 1 апреля 1942 г. нарядами войск НКВД по охране тыла Ленинградского фронта было задержано 269 агентов и диверсантов врага[1010].
