Под ногами оказалась бугристая поверхность, сверху навис такой же потолок. Включился фильтр ночного зрения, и я увидел, что туннель уходит вперед, вниз и вправо, еще через дюжину шагов стало ясно, что он закручивается спиралью.
На краю зрения все время что-то мельтешило, а когда я глянул на стену, то обнаружил там собственное лицо. Нет, не собственное, уродская физиономия мне подмигнула, разъехался усаженный зубами рот, и я понял, что таращусь на морду неведомого чудовища, ничуть не похожего на человека. Рядом с ней появилась вторая, в белесую поверхность изнутри уперлись когтистые лапы, и я содрогнулся, представив, что эта тварь вырвется.
Паника схватила за сердце холодной ручищей, я обернулся туда, где за поворотом остался выход. Но потом озлился сам на себя, вновь глянул на страшные хари, мелькающие внутри стены, и пошел дальше.
Это мой страх… ничего больше.
Гротескные, искаженные силуэты танцевали, сопровождая меня уже с двух сторон, но я на них больше не смотрел. Я спускался по спирали, вдыхая теплый и влажный воздух, полный гнилостного аромата, шел туда, откуда доносилось негромкое похрустывание и потрескивание.
Селение, брошенное его создателями неведомого когда, выглядело мертвым, но умерло не до конца.
Тоннель вывел меня в зал неправильной формы: словно провисший потолок, вспученные буграми стены, никаких углов и ровных поверхностей, скорее пещера, чем комната. В центре обнаружилось возвышение вроде алтаря, и вот от него и доносился потрескивающий, хрустящий звук.
Я шагнул через порог, и на уши обрушился тяжелый, надсадный рев.
Я вскинул руки, пытаясь закрыть уши, но звук уже смолк, зато в разных углах ожили, задвигались уродливые силуэты. Расправляя суставчатые ноги и мерцая зелеными глазами, ко мне пошли боевые пауки вроде тех, которых сбросили на нас иранд… что, это их город?
Враги Гегемонии некогда жили на Бриа?
Но размышлять времени не было, я отпрыгнул назад, встал на колено и принялся стрелять. Автомат оглушающе загрохотал, самого шустрого из пауков разорвало на части, второй упал, ткнувшись мордой в пол, третий осел кучей деталей, четвертый начал мне отвечать, и взорвался.
Всей этой технике был не один век, и чудо, что она вообще функционировала.
Завалив последнего паука, я перевел дух и тут обнаружил, что под шумок мне влепили очередной класс, восемнадцатый. Не зря я прокачал меткость в последний раз, иначе бы эти древние механизмы оставили от меня рожки и ножки.
Потрескивание издавал тот самый шар, пронзенный стрежнями, который показали мне тиззгха. Он был тяжелый и горячий, и когда я держал его, казалось, что в руках у меня как минимум планета, а то и звезда.
Уплотнитель Реальности, это вам не ботва какая-нибудь!
Интересно, что может эта штука, на кой ляд она понадобилась тиззгха и почему они сами не могли ее забрать? Можно спросить Живую Энциклопедию, узнать заодно, что это вообще за место и когда оно появилось… но это потом, сначала я должен выбраться из этого «уютного» подвальчика.
С тиззгха я переговорил, едва поднявшись на поверхность, сообщил, что добыл нужную им штуковину. В ответ меня похвалили, раскатывая согласные, и пообещали, что в ближайшее время заберут находку, но как и когда — доложить не соизволили.
В любом случае мы остались посреди городка иранд, и единственный выход перегородили аборигены.
— Что делать будем? — спросил я, собрав десятников. — Силой не пробиться.
Ну да, форсировать тот же огненный ров под прицелом бриан — верное самоубийство. Идти через одно из зданий… ну, после визита в подземелье я боялся меньше, но все равно зверски не хотел туда идти, а уж вести за собой бойцов… Искать проход в узких переулках? Похоже — единственный выход.
Но вдруг кто предложит что лучшее?
— Оставим заслон, — предложила Фагельма. — А сами рванем в этот уродский лабиринт. Должен же быть другой выход!
— Муравьед, сунувший головы в гнездо шершней, рискует остаться без головы, — глубокомысленно изрек Дю-Жхе. — А не сунувший голову — рискует остаться без обеда.
В конечном итоге на площади оставили Юнессу и ее бойцов — приглядывать за бриан. Остальное же воинство разбили на шесть отрядов, чтобы исследовать каждый из уводящих от святилища проходов, и один оказался под моей командой.
— Ну что, пошли, — сказал я, поудобнее перехватывая автомат.
Сразу же уперлись в такое сплетение «противотанковых ежей», что через него пришлось буквально протискиваться. Потом нас встретил занавес из клацающих лезвий, а когда я с ним разобрался, то через полсотни метров мы уперлись в рухнувшее здание, груду шевелящихся белесых обломков, над которыми клубилась пыль, словно оно обвалилось только что, хотя шума обвала мы не слышали.
— У нас тупик, — сообщил я прочим десятникам. — Возвращаемся.
— У нас тоже, — флегматично отозвался Дю-Жхе. — Огненный ров.
Свой навык ориентации я прокачал настолько, что видел маршрут каждого из них по мере движения. Понемногу возникала карта заброшенного города, построенного иранд в незапамятные времена.
Бриан пошли в атаку как раз в тот момент, когда мы вернулись на площадь.
