В пору летнего солнцестояния цезарь Юлиан получил от августа Констанция приказ без промедленья присоединиться к римской армии, дислоцированной в районе Рем (современного французского города Реймса). Не прислушиваясь к дурным советам своего чрезмерно осторожного и осмотрительного (если не сказать – трусливого) окружения, советовавшего горячему, рвавшемуся в бой с «варварами» (хотя и не терявшему при этом головы, не склонному к недооценке сил противника) «пыхающему духом ратным» (выражаясь величавым слогом древнерусских летописцев) цезарю «поспешать, не торопясь», следуя римской пословице
Манубаллиста (современная реконструкция)
С собою цезарь взял не все свое войско, а лишь панцирную конницу – конных латников (катафрактариев, или, в переводе с греческого, «защищенных») – и баллистариев (то ли «артиллерийские расчеты» той далекой эпохи – воинов, обслуживавших метательные машины – баллисты, один из видов катапульт, то ли стрелков из ручных баллист – манубаллист, сиречь самострелов – аркубаллист, арбаллист, арбалетов, или, по-гречески – гастрофетов, выделенных к описываемому времени из состава прежних легионов в особые, отдельные отряды, также именуемые легионами), то ли и тех, и других.
Аммиан Марцеллин не уточняет, какой именно вид, или род, баллистариев он имеет в виду. Если речь идет о расчетах тяжелых баллист (транспортировавшихся на повозках и потому называвшихся карробаллистами), то они предположительно предназначались Юлианом для «артподоготовки» взятия, в случае необходимости, приступом захваченных «варварами» городов [131].
Во главе этого скорее вооруженного эскорта, чем войска в полном смысле слова, легкий на подъем отважный цезарь, не попав по дороге ни разу в засаду, вскоре добрался до Автосиодора, или Аутосиодора (современного Оксерра). Рассеивая или пленяя по пути орды рыскавших повсюду германских грабителей, Юлиан по прошествии непродолжительного времени появился под стенами Трикассия, или Трикассин (современного Труа), чьи жители не рассчитывали на его столь скорое прибытие, вследствие чего открыли ему ворота не без долгих колебаний и сомнений, опасаясь военной хитрости бродивших в окрестностях города «немирных варваров», которые вполне могли проникнть в Трикассин под видом римских милитов (из чего следует, что разница между грабившими римские земли «немирными варварами» и составлявшими основную массу римских войск «мирными варварами» была в эпоху Юлиана не столь уж велика – вплоть до их внешнего вида). Дав в Трикассинах короткий отдых своим войскам, Юлиан форсированными маршами двинулся дальше, в направлении города Рем.
Тяжелая баллиста (современная реконструкция)
Лишь по прибытии цезаря в Ремы он был посвящен в план дальнейших операций. Римской армии под командованием самого августа Констанция II предстояло перейти Рен в районе Акронийского и Константинова озер (современного Боденского озера)[132] и совершить энергичный бросок в направлении Маркианского (Марцианского), то есть Пограничного, леса[133] – современной южнонемецкой области Шварцвальд («Черный Лес»). Одновременно другой армии «потомков Энея и Ромула» – «энеадов-ромулидов» – под командованием Марцелла и Урзицина (к которой благополучно присоединился цезарь Юлиан) надлежало совершить параллельное движение вдоль пограничного лимеса по его римской стороне, чтобы не дать германским «варварам» возможности напасть на Галлию с Ренской линии. Этот план был в точности выполнен обеими римскими армиями.
