Безусловно, проблема отчасти имела личный характер. Во время поездки в Вашингтон, профинансированной ЦРУ в начале года, гордый бригадир ISI был оскорблен до глубины души, когда его практически с повязкой на глазах привели в «школу саботажа» Агентства в Северной Каролине. Викерс сопровождал дородного пакистанского генерала на борту самолета с наглухо закрытыми иллюминаторами, а потом в автомобиле с опущенными шторами. Юсеф, страдавший от болезненного самолюбия, присущего многим гордым деятелям «третьего мира», был возмущен таким обращением с собой. Он мыслил вполне логично: если ему разрешили управлять операцией ЦРУ в Пакистане, то почему Агентство относится к нему как к шпиону, который может раскрыть местонахождение «школы саботажа»?
В Вашингтоне положение еще ухудшилось, когда Викерс и Авракотос пригласили Юсефа и одного из его коллег на ужин в отеле «Четыре времени года». Юсеф, вероятно еще страдавший от пережитого унижения, выразил свое недовольство, когда Авракотос заказал второй бокал бурбона с водой. Будучи истовым приверженцем мусульманских обычаев, пакистанский генерал отреагировал на этот естественный западный обычай почти так же, как мог бы отреагировать американец, если бы Юсеф вдруг достал шприц и начал колоться героином, когда принесли закуски.
Авракотос вышел из себя. Терпеть подобные ограничения в Пакистане — это одно дело, но теперь Юсеф играл на его домашнем поле. Кроме того, Авракотос оплачивал оружие и боеприпасы, обеспечивая пакистанцам возможность поддерживать священную войну. Он даже заплатил за обед, и ему не понравилось, когда этот непрерывно курящий надменный мусульманин попытался диктовать ему свои условия у него дома. «Я перестану пить, когда вы прекратите курить, — отрезал Авракотос. — Мой врач говорит, что курение равносильно самоубийству, а Аллах не дозволяет самоубийства».
Впрочем, не все еще было потеряно. Отношения с Агентством удалось спасти отчасти из-за огромного уважения Юсефа к Берту Данну, руководителю отдела Ближнего Востока и боссу Авракотоса. Данн служил в Афганистане и в годы президентства Кеннеди помогал пакистанцам сформировать и обучить собственные спецподразделения. Он говорил на дари и пуштунском и пользовался большой любовью в пакистанских военных кругах, где многие хорошо знали его и доверяли ему.
Юсеф был очень доволен похвалой Данна за все, что он делал для джихада. Но положение снова осложнилось, когда речь зашла о главном вопросе: как вооружать повстанцев. Юсеф не хотел позволять ЦРУ приступить к поставкам огромного количества боеприпасов, которое, по мнению Викерса, было абсолютно необходимо для постоянных боевых действий. Когда Юсеф пожаловался на плохую инфраструктуру для транспортировки боеприпасов, Викерс парировал его аргумент: он подсказал Гасту сделать предложение о строительстве складов, ремонте железнодорожных путей, закупках тысяч новых грузовиков и даже поставках мулов и верблюдов.
Еще более сложную проблему представляло упорное желание Юсефа, чтобы ЦРУ снабдило всех моджахедов автоматами АК-47. Викерс был убежденным сторонником замены устаревших «Энфилдов» на АК, но сейчас он стремился к созданию маневренной, мощной и превосходно вооруженной партизанской армии. Меньше всего ему хотелось покупать сотни тысяч автоматов Калашникова, а потом оказаться не в состоянии обеспечить бойцов достаточным количеством боеприпасов.
Агентство не собиралось прямо указывать на это, и Викерс, чин которого, с точки зрения Юсефа, примерно соответствовал армейскому капитану, не был склонен даже намекать на подобную возможность. Возникла патовая ситуация, при которой Викерс не мог сказать о своем беспокойстве по поводу коррупции в пакистанской армии или о том, что он считает Юсефа полным идиотом в вопросах военной тактики и стратегии. Проблема казалось неразрешимой до тех пор, пока Авракотос не вмешался со своеобразным бакшишем, искусно преподанным как раз в нужный момент.
Во время одного из унылых официальных приемов в Исламабаде, где подавали только фруктовый сок, Авракотос встретился с бригадным генералом Резой из пакистанской военной разведки, который служил заместителем Юсефа. В отличие от Юсефа, Реза не был фундаменталистом. Ему нравились американцы, и Реза вовсе не почувствовал себя оскорбленным, когда Авракотос тайком показал ему фляжку, спрятанную в его пиджаке, и предложил разбавить его фруктовый сок.
После четвертой порции русской водки Реза выступил с интересным предложением. Вероятно, ЦРУ больше повезет на переговорах с ISI, если Авракотос обдумает заключение контракта на поставку боеприпасов с определенным производителем оружия из Пакистана.
