Уилсон всегда радовался как ребенок, когда садился за руль. Вечером 11 августа 1983 года он испытывал особый подъем духа, когда выехал на Кей-Бридж и начал разгоняться. Он только что завершил романтический ужин с Триш Уилсон, добросердечной и симпатичной блондинкой, с которой он встречался уже много лет, хотя и с большими перерывами. На следующий день в Париже у него была назначена встреча с Джоанной. Но Париж находился на другой стороне океана, а конгрессмену всегда было трудно лишать себя таких маленьких радостей, как вечер в обществе старой подруги. Они пошли в ресторан «Триест», где Чарли порядочно напился. В таких случаях он предпочитал коктейль «Манхэтген» из-за изящных бокалов. Пока Триш восхищенно глядела на него, он в общих чертах обрисовал опасную миссию, в которую ему предстояло отправиться. Он чувствовал себя героем военного кинофильма — возможно, пилотом Королевских ВВС в ночном лондонском баре перед вылетом на патрулирование. После пятого коктейля Триш согласилась провести с ним ночь, а после восьмого «Манхэтгена» он уехал на «Нимице», а Триш вернулась к себе, чтобы переодеться. Они договорились встретиться в его апартаментах через полчаса.
Когда конгрессмен мчался по Кей-Бридж, мост был затянут пеленой дождя. И вдруг — бац! Двадцатидвухлетний водитель, который недавно переехал в Вашингтон из Миннесоты, пролетел на своей новенькой «мазде» шестьдесят футов, прежде чем врезаться в ограждение, которое спасло его от падения в Потомак.
По словам мистера и миссис Стэндифорд, которые впоследствии дали свидетельские показания о столкновении, они забеспокоились, когда увидели большой синий автомобиль, вихлявший перед ними с одной полосы на другую. Они с ужасом наблюдали, как «Линкольн» врезался в задний бампер маленькой «мазды» и вильнул в сторону. Покореженный капот «Нимица» задрался вверх, и водитель озабоченно выглядывал из окошка, стараясь увидеть дорогу впереди. Потом взвизгнули шины, и «Линкольн» умчался по направлению к Виргинии, но не раньше, чем супруги Стэндифорд успели заметить странную номерную табличку с надписью «Техас 2».
К Уилсону, сидевшему за рулем «Нимица», вернулась ясность мысли. Ехать дальше было опасно: задранный капот закрывал обзор. Он мог видеть дорогу, лишь высунув голову в окошко. С другой стороны, оставалось не более двух минут езды до монумента Иводзимы и дома, где он жил. Когда он поставит машину в подземный гараж «Уэсли», то будет в безопасности. Теперь Уилсон действовал очень быстро. Выскочив из автомобиля, он забежал в лифт, поднялся на девятый этаж, распахнул дверь и молниеносно запер ее за собой.
Спустя годы он вспоминал этот момент: «Я был пьян в стельку Другой автомобиль я заметил лишь после того, как наподдал ему под зад. Я знал, что если копы застигнут меня там, то мне конец. Поэтому убедившись, что водитель не пострадал, я доехал до дома и заперся у себя в квартире. Должно быть, у полицейских из северной Виргинии был самый быстрый компьютер в мире, потому что они ломились ко мне в дверь уже через полчаса».
Чарли Уилсон, затаившийся по другую сторону двери, хранил молчание. Стук не прекращался, а требовательные голоса звучали все громче. Наконец он прокрался к телефону и шепотом передал Триш, чтобы она не приезжала: «Полиция у меня на хвосте. Они уже в здании».
Чарльз Симпсон, административный помощник Уилсона, был разбужен звонком посреди ночи. «Симпсон, на этот раз я влип по уши. Вот что ты должен сделать». К этому времени Уилсон уже позвонил своему адвокату, и тот сообщил, что полицейские вполне могут попытаться арестовать его, но он будет в безопасности, если поедет прямо в Конгресс. Федеральный закон запрещает местным властям подвергать аресту национальных законодателей по пути в Конгресс или обратно. Но Уилсон не хотел ехать в Конгресс. Он должен был попасть на самолет Дока Лонга, который ждал его на базе Эндрюс ВВС США. У него были все основания полагать, что обозленные полицейские из Виргинии арестуют его при попытке выезда из подземного гаража. Но удача вновь оказалась на стороне Уилсона.
Как выяснилось, Кей-Бридж подпадает под юрисдикцию округа Колумбия, а не штата Виргиния, поэтому арлингтонские копы, стучавшие в дверь конгрессмена, превышали свои полномочия. По словам Симпсона, самые лучшие моменты для его босса наступали после того, как его загоняли в угол. Главная угроза для Уилсона теперь исходила от полиции Вашингтона, но до недавних пор он был председателем подкомиссии Конгресса, финансировавшей округ Колумбия[32]. Он всегда был очень щедр по отношению к федеральному городу, особенно к полицейскому управлению, бюджет которого находился под его личной защитой. Поэтому незадолго до рассвета он позвонил одному из своих друзей в полицейском департаменте.
