Вторая маска – «Человек истории». Путин часто обращается к истории и манипулирует ею в своих политических целях. Он использует ее как силу, помогающую укреплять национальную идентичность и формировать политические коалиции. Он «одержим идеей предотвращения социальных потрясений и революций», его кумир – Петр Столыпин.
Третья маска – «Специалист по выживанию». История для Путина – это история выживания России и русского народа в тяжелейших обстоятельствах, «Россия постоянно сражается за собственное выживание против враждебного внешнего мира». Русские – это коллектив специалистов по выживанию, «людей, непрерывно думающих и готовящихся к худшему». Рецепт выживания от Путина таков: «Не давайте никаких необратимых обязательств, которые могут стать для вас ловушкой, если что-то пойдет не так. Всегда имейте запасной план». Ресурсом для этого являются специально подготовленные резервы – материальные и финансовые.
Четвертая маска – «Чужак/Аутсайдер». Все петербуржцы по определению чужаки в Москве, а Путин – чужак вдвойне и втройне. Это «аутсайдер, сумевший выйти на политическую сцену и взять на себя ответственность». Его кредо: «Никогда не доверяй отдельным организациям или какой-то конкретной идее и, конечно, никогда не доверяй полностью человеку или узкому кругу лиц, даже если ты сними тесно связан. Наблюдай и жди, как обернется дело».
Пятая маска – «Рыночник». Из своего опыта работы в мэрии Петербурга 1990-х годов Путин вынес убеждение, что социалистические идеи не работают, а работает рыночная экономика. Однако в ней побеждают необязательно те, кто производит лучшие товары и услуги по более низкой цене. Чаще выигрывают те, кто «лучше других умеет эксплуатировать чужие слабости, такие как жадность и правовой нигилизм». Рынок для него – способ спасения государства, а не самоцель, бизнесмены – объекты контроля, чьи деньги нужно заставить служить государству.
Последняя маска – «Резидент». Будучи профессиональным разведчиком, Путин считает своей главной слабостью чрезмерную доверчивость к людям. На самом деле, считают Хилл и Гэдди, он не доверяет никому, не умеет создавать прочные политические союзы, его способ действия – вербовка и контроль за агентами, которых он расставляет на все важные посты.
Как взаимодействуют эти разные маски и как их применение сказывается на государстве, которое Путин построил? Кроме официального государства, утверждают Хилл и Гэдди, в путинской России существует второе – «параллельное», незримое, но очень влиятельное. Авторы называют его «корпорация Россия». Прежде всего, Путин договорился с олигархами о правилах поведения, взяв на себя обязанность защищать их от государства и друг от друга. Во-вторых, он возродил сеть крупных государственных компаний, руководить которыми поставил лично лояльных ему людей. Все они образуют «совет директоров корпорации Россия». В качестве гендиректора Путин осуществляет стратегическое планирование, расставляет людей на ключевые посты и контролирует их работу. Цели и задачи определяет лично он, весь его «внутренний круг» – только исполнители, хотя и с правом голоса.
По необходимости число таких ключевых исполнителей ограниченно: у Путина не так много доверенных людей, и физические возможности контролировать их небезграничны. Поэтому корпорация Россия крайне централизована – в ней работает не закон, а «ручное управление» со стороны гендиректора. Проблема в том, что «мелкие акционеры корпорации»-жители страны – голоса в нем не имеют, заявляют авторы. Они должны верить своему гендиректору, но не задавать ему вопросов и не требовать права голоса.
Россия Путина совершенно политически не институционализирована: для этого лидера имеют значение персоналии, а не посты, процедуры и институты. Профессиональные качества приближенных не так важны, как их лояльность и управляемость. Даже проваливших важную задачу Путин не убирает-в крайнем случае он перемещает их на другое место, потому что к новым нужно долго искать подход, инструменты контроля, «вербовать» их. Как «Резидент» он знает, что вербовка – дело весьма затратное. Отсюда «затасканная колода» людей, которую он тасует во власти, несмотря на их очевидную некомпетентность. В результате у корпорации Россия… практически нет резервного персонала!
Советская система номенклатуры оказалась заменена «шпионской сетью», вербовку в которую осуществляет лично Путин. Такая система по необходимости основана на недоверии, поэтому потенциал ее крайне ограничен и сковывает возможности страны. Сам Путин не доверяет почти никому, так что ему никогда не избавиться от «ручного управления» – как бы он ни хотел настроить систему на автоматический режим. Главный инструмент контроля над приближенными – шантаж и компромат, угроза разоблачения их «грязных делишек» в случае измены. Коррупция для него – не смертный грех, а клей, который поддерживает связность созданной им системы. Только измену Путин не прощает.