— Вот! — Игорь указал на малость помятые распечатки лиц девочек, лежавшие на краю стола. — Вот эта… Ее звали Надя Беркутова… Она уже почти полгода числится пропавшей без вести. На самом деле она мертва… То ли убили, то ли сама повесилась… Это, понимаешь, попользовались и удавили… Похоже, перед этим сделав законченной наркоманкой… В общем… Пропустили через столько Курослеповых, сколько смогла выдержать — и на свалку… — дальше опять последовала сплошная нецензурщина.
Андрей и Людмила молчали.
— А?.. — выпустив очередной заряд сквернословия, Игорь стал обращаться к Людмиле. — В твоем детстве ничего похожего не было?.. Чего молчишь?.. Нет ничего увлекательней, чем охота на людей, да?.. Вот и охотьтесь, суки! И он пусть охотится!.. А меня… Если меня умыли… Говном умыли, то я уже совсем и не человек, да?
— Кто «он»? — рискнул спросить Андрей. — Ты знаешь, кто наш неизвестный?
Игорь поглядел затуманенным взглядом.
— А ты ещё не понял? Васька Беркутов, кто же еще? Это ж козлу понятно!.. — он явно воображал, будто и Андрей, и Людмила отлично знают этого Беркутова, о котором он говорит. — Чего пялитесь? — осведомился он после паузы. — Я все проверил. Была у Васьки сестра Надя. Сам он почти год числится в чеченском плену, но несколько месяцев назад ходили смутные слухи, что он сбежал, только не засвечивается и живет под чужой фамилией… Потому что его и шлепнуть могут…
Людмила вытащила пачку своих сигарет.
— Повар знает? — спросила она.
— Еще бы!.. — зло ответил Игорь. — Я ж ему первому доложил, думал, он сейчас все силы на ноги поднимет, чтобы вытащить Ваську… Такие… такие ребята… такие друзья на дороге не валяются… И знаете, что он мне велел?
Андрей и Людмила уже догадывались, что произошло, но боялись рот раскрыть: Игорь достиг той стадии, когда его реакция на любую постороннюю человеческую речь могла стать совершенно непредсказуемой.
— Он велел мне сдать Ваську Курослепову! — сообщил Игорь. — Чтобы я дал Курослепову все наводки, и пусть охотники Курослепова выследят и отстрелят Ваську как бешеного зверя! Я… я попробовал возразить, да… с Поваром не спорят, правильно, но я попробовал поспорить… И получил… мордой по говну проволокли… Что слишком крупные ставки на кону, чтобы ломать игру из-за какого-то спятившего спецназовца!.. То есть, не такими словами, как всегда, «мягко и по стариковски»… но из песни слова не выкинешь! Лучше бы грубее сказал — честнее было бы!
— И что ты собираешься делать? — спросил Андрей.
— Я так жить не хочу! — заявил Игорь. — Он меня однажды, можно сказать, спас, и вообще парень славный… Жизнь такая… Я слышал, что у него есть сестра… Он один всю семью тянул, потому что отец у них умер, а мать с катушек съехала… Говорили, поддавать начала на старости лет… Вот как я сейчас… Можно, значит, прийти каким-то гадам, Бечтаевым и Курослеповым, и все растоптать, все изгадить, поиздеваться над его сестрой, всей жизни его лишить, а ему — ничего нельзя?.. Его — только псами теперь затравить?.. Сначала в плен отдать, потом дома так встретить?.. Нет, не пройдет!
Он с усилием поднялся на ноги и, покачиваясь, сумел добраться до телефона. Плюхнувшись в кресло, он взял трубку и стал набирать номер, сосредоточенно хмурясь и тыкая пальцев в каждую кнопку с резким усилием, чтобы не промахнуться. У Андрея похолодело в груди: ему показалось, что он узнает набираемые цифры… Но пытаться удержать Игоря силой, даже с помощью Людмилы, было сейчас бессмысленно. Да и вряд ли она взялась бы помогать. Людмила наблюдала за действиями Игоря с отстраненной полуулыбкой, за которую Андрей её сейчас тихо ненавидел.
— Повара мне!.. — заплетающимся языком сказал Игорь. — То есть, Григория Ильича. Терентьев говорит… Вот как, не может взять трубку?.. А это кто?.. А-а, ты?.. Тогда передай Повару… Да, передай, что он злой, гнусный, мерзкий, злой, гадкий старик! Нет, даже не старик, а старикашка! А я друзей не сдаю! Тем более, вот!.. Вот так!
И Терентьев, швырнув трубку, поглядел на мир с победоносной улыбкой.
Андрей, охваченный тоскливым ужасом, заметил все-таки краем глаза, что, пока Игорь говорил, Людмила быстро извлекла из своей сумки крохотную бутылочку, открыла её и вылила прозрачную жидкость в стакан Игоря. Когда Игорь поискал глазами стакан, она сама долила в стакан водки, пальца на три, и протянула стакан Игорю. Игорь залпом опрокинул стакан — и опять улыбнулся.
— Вот так, — пробормотал он. — Будут знать…
— Что это? — шепотом спросил Андрей у Людмилы.
— Очень хорошая вещь, — ответила она. — Протрезвляет и снимает похмелье. Игорь сейчас уснет — и хоть через пятнадцать минут его разбуди, он встанет достаточно трезвым и без головной боли… Хотя лучше бы ему проспать часов пять, не меньше. У меня всегда с собой две-три таких бутылочки — ведь иногда приходится пить наравне с клиентами… Если принять её перед употреблением алкоголя — то вообще можно море выпить, не захмелев.
Андрей с благодарностью кивнул.
Игорь вдруг так оглушительно расхохотался, что Андрей и Людмила чуть не подскочили.
