Российские компании также включились в борьбу за покупку и транзит туркменского газа, предпринимают шаги в разработке недр Афганистана, имея возможность использовать информацию советских геологов. Однако роль России в данном регионе пока ограничивается договором США на транзит грузов и войск через территорию Российской Федерации, предназначенных для отправки в Кабул.
Говоря о возрастающей роли корпораций Китая в разработке полезных ископаемых Афганистана, следует отметить, например, деятельность компании China Metallurgical Group, которая приобрела у правительства Афганистана лицензию на разработку месторождения меди (Aynak) сроком на 30 лет за 3 млрд долларов США, обойдя компании: Hanter Dictinson — Канада, Phelps Dodg — США, «Базовый элемент» — Россия, Kazakhmys Consortium — Казахстан.
Можно предположить, что Афганистан с его уникальными природными богатствами, стратегическим положением в ближайшие двадцать лет станет объектом острой борьбы, в первую очередь между США и Китаем. Кроме того, борьба будет протекать между корпорациями Ирана, Пакистана, Индии, Аргентины в разработке недр Афганистана и использовании его территории для транзита в ближайшем будущем ископаемых каспийского региона, например туркменского газа и нефти.
Для российской политической элиты Афганистан будет всегда являться объектом стратегических интересов, предметом борьбы, которую Россия пока проиграла.
Начало службы в РВСН (Ракетные войска стратегического назначения) относится к периоду почти полувековой давности. Казалось бы, многое уже изменилось и в обществе, и в Вооруженных Силах настолько существенно, что стоит ли «ворошить» старое?.. Ведь достаточно много уже написано и учеными, инженерами, и, конечно же, офицерами-ракетчиками. Но мне, как военному контрразведчику, прошедшему путь от становления — очередного этапа развития — РВСН до сокращения и ликвидации некоторых видов стратегического вооружения, буквально несколько последних лет отчетливо стали напоминать ту обстановку в нашей стране и мире, которая сложилась к середине 70-х годов прошлого столетия. В этой связи и небезынтересно было бы напомнить некоторые общеизвестные факты:
• К середине 70-х годов было достигнуто примерное равенство по стратегическим наступательным вооружениям между СССР и США.
• Разрядка напряженности, наметившаяся после заключения Договора по ОСВ-1 (1972 г.), а также в связи с подписанием Хельсинского Акта по безопасности (1975 г.) и подготовкой Договора по ОСВ-2 (1979 г.), в начале 80-х годов сменилась жесткой конфронтацией, которая особенно усилилась после прихода Р. Рейгана к руководству администрацией США.
• США и НАТО взяли курс на беспрецендентное для мирного времени наращивание военной мощи.
• США поставили своей целью обеспечение решающего превосходства над стратегическими ядерными силами СССР.
• В ответ на это в СССР (1973–1985 гг.) шло оснащение РВСН боевыми ракетными комплексами (БРК) межконтинентальных баллистических ракет третьего поколения с разделяющими головными частями и средствами преодоления противоракетной обороны (ПРО) вероятного противника и мобильными БРК средней дальности.
• В этот период в РВСН приняты на вооружение стационарные БРК РС-16, РС-18, РС-20А и РС-20Б, а также мобильный грунтовый БРК РСД-10 «Пионер», оснащенные разделяющими головными частями индивидуального наведения.
• Ракеты и пункты управления стационарных БРК размещались в сооружениях с особо высокой защищенностью до десятков мегапаскалей. В ракетах применены автономные системы управления (АСУ) с наземной и бортовой вычислительными машинами, обеспечивающими дистанционное переприцеливание ракет перед пуском и пуск ракет.
Как раз в разгар строительно-монтажных работ на БРК я прибыл на объект (Красноярский край, 1978 г.) и получил в оперативное обслуживание ракетный полк (РП), где полным ходом шло формирование боевых расчетов, их подготовка к несению боевого дежурства.
На первом этапе стояла только одна задача: как можно быстрее познакомиться с обстановкой на объекте и в его окружении, а также с личным составом полка и других обслуживаемых подразделений.
