Идея об отправке в Анатолию специальной миссии от константинопольского правительства была предложена верховными комиссарами союзных стран еще в начале августа, то есть до подписания договора[680]. Тогда Форин Оффис полностью поддержал эту инициативу. Но задачи миссии должны были быть чисто информационными — она должна была убедить кемалистов в неизбежности принятия Севрского договора как свершившегося факта, а также попытаться отколоть от кемалистского лагеря «умеренных» и противопоставить их «экстремистам». Большие споры вызвал вопрос о том, должны ли представители великих держав сопровождать миссию. Французскому верховному комиссару Дефрансу не нравилась идея превращения миссии в официальную делегацию Антанты. Де Робек, напротив, считал, что присутствие союзных офицеров придаст миссии больший вес[681]. Французское правительство к концу сентября согласилось с участием союзных офицеров в работе миссии, но настаивало на том, чтобы ее отправке предшествовала отставка англофильского кабинета Дамад Ферида[682]. Сам Дамад Ферид-паша, ненавидевший кемалистов, настаивал на присутствии союзных офицеров с целью демонстрации силы и оказания давления на сторонников Кемаля[683]. Британский Форин Оффис высказывал другое пожелание: ратификация договора турецким правительством должна предшествовать отправке миссии[684]. Наконец, к 23 октября и британское правительство отказалось от посылки своих представителей с миссией, очевидно, не желая открыто участвовать в деле, успех которого был сомнителен[685].
Тем временем у французской стороны исчезли и чисто персональные мотивы для сохранения Севрского договора. 23 сентября 1920 года А. Мильеран, подписавший от имени Франции договор, был избран президентом республики и, таким образом, оставил пост премьер-министра. Через два дня главой правительства и одновременно главой МИД стал бывший морской министр Жорж Лейг. Он был глубоко заинтересован в колониальных и в особенности ближневосточных делах. Лейг был активнейшим сторонником французской «колониальной партии». В 1906 году Лейг недолгое время занимал пост министра колоний, а в конце 1918 года как морской министр весьма способствовал высадке французских войск в Бейруте, что создало для Франции первый плацдарм для экспансии в Сирии и Ливане.
Первоначально Ж. Лейг придерживался той же позиции, что и его предшественник, и был убежден в возможности «силового» исполнения Севрского договора. В частности, он не позволил Гуро сократить французское военное присутствие в Киликии, которая представлялась новому премьеру буферной зоной у сирийской границы: «Я ни в коей мере не допускаю возможности покинуть позиции, которые мы занимаем, и жителей, которых мы защищаем». Лейг надеялся, что Гуро сможет добиться успеха, комбинируя «военные и политические усилия», и сообщил ему, что «будет предпринята попытка убедить националистов Кемаля в бесполезности их сопротивления и необходимости принятия договора»[686]. В циркулярном письме французским представителям в Лондоне, Риме и Константинополе Лейг подчеркивал необходимость скорейшей ратификации договора султанским указом. Его план был таков: сначала ратификация, потом отставка Дамад Ферида, потом отправка миссии в Анатолию с целыо «убедить» кемалистов, одновременно финансовая помощь новому правительству в Константинополе и создание 15-тысячной вооруженной силы, подчиненной ему, формирование предусмотренных договором международных комиссий (финансовой, военной, морской, воздушной, по Проливам), «точная работа которых представляет одинаковый интерес как для союзников, так и для Турции»[687].
