Эстелла ни секунды не колебалась. Схватила флакон и проглотила его содержимое всё до капли. Вкус жидкости напомнил девушке вкус клубники.
Взяв Эстеллу за руку, Клариса взмахнула другой рукой. Обеих женщин окутал вихрь пыли и они растворились в воздухе, точно и не было их никогда.
КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ЧАСТИ!
2 ИЮЛЯ 2013 — 24 СЕНТЯБРЯ 2015
====== ЧАСТЬ IV. Глава 1. Белая кошка ======
В комнате, со стенами обитыми изумрудным шёлком, в кресле сидел юноша. Волосы его, чёрные и блестящие, ниспадали до пояса. Он сидел неподвижно, вперив раскосые синие глаза в книгу, где страницы отливали золотом. И не отражалось в его взгляде никаких чувств — ни хороших, ни плохих. Белая рубашка, отороченная кружевом; бархатные штаны, по бокам стянутые шнурками; серебряные пряжки на сапогах и пальцы с длинными когтями ясно говорили об аристократическом происхождении их владельца. Руки юноши были унизаны браслетами и кольцами; из них особо выделялся серебряный перстень с изумрудом, что сиял как звёзды на небосводе.
В комнате не было ни окон, ни дверей. На возвышении стояла круглая кровать с прозрачным балдахином. На стене — камин, где горел синий огонь. По центру располагался зелёный диван. Изредка шевеля ногами и цокая когтями, он путешествовал от камина до кровати и обратно, напоминая древнюю-предревнюю черепаху. Дальний угол занимал стеллаж с книгами: говорящими и кричащими, плюющимися, шепчущимися и поющими серенады. Цветы в горшках, расставленные всюду, крутили головами, вращали глазами и ушами и даже зубами щёлкали. На низеньком столике в золотой чаше плескалась жидкость, меняя цвета и источая аромат пачули.
Юноша (как читатель уже догадался, это был Данте) всё вчитывался в книгу. Обложку её, из чёрной кожи, украшали символы и надписи на непонятном языке. Данте это не смущало — книга так увлекла его, что он почти не дышал.
Вдруг — яркая вспышка. Одна из стен раскололась, выплюнув из пасти белоснежную кошку. Пройдя в дыру, кошка встряхнулась и взмахнула пушистым хвостом, пугливо осматриваясь. Сощурив чёрные глаза, она глянула на Данте. Тот и не шелохнулся, даже головы не поднял — книга будто загипнотизировала его. Кошка, ступая по мягкому ковру, дошла до Данте и села у его ног.
— Мяу, — сказала кошка и потёрлась головой о его начищенный до блеска сапог.
Данте взглянул на кошку. Лицо его не выражало ничего — он был похож на фарфоровую куклу, красивую и бесчувственную.
— Мя-я-яу! — жалобно пропищала кошка.
Длинные ресницы юноши дрогнули. Черты его смягчились, а в сапфировых очах появилась жизнь.
— Как ты сюда попала? — спросил он тихо.
— Мяу, — в третий раз повторила кошка.
— Странно... за всё время, что я тут нахожусь, я вижу живое существо впервые. Ты, наверное, голодная, — вздохнул Данте.
На каминной полке, изрисованной арабскими надписями, стоял чугунный котелок. Данте поставил его на стол. Открыл крышку. Котелок задымился, выплюнув из своих недр: графин с молоком, горшочек со сметаной и блюдо с рыбой. Данте налил в блюдце молока, в другие два блюдца положил рыбы и сметаны и сунул еду кошке под нос. Та, чихнув, отвернулась. Выгнула спину и бочком потёрлась о Данте.
— Ты не хочешь есть? — удивился он, беря кошку на руки.
Кошечка оказалась маленькая, лёгонькая, с нежной, пушистой шёрсткой. Глядя на Данте чёрными, полными слёз и тоски глазами, она жалобно мяукала. В груди у Данте что-то ёкнуло — он безумно любил животных и ничто, и никто не мог это изменить.
— Какая ты красивая! — он прижал кошечку к груди.
Та вцепилась когтями ему в рубашку, вцепилась мёртвой хваткой. Данте гладил очаровательную кошечку; она дрожала, ласкаясь к нему, словно искала защиты.
— Ну что ты дрожишь? — утешал её Данте. — Кто тебя так напугал? Не бойся, я тебя не обижу. Животные гораздо лучше людей, и я никогда их не обижаю. А некоторые люди не стоят даже того, чтобы в них плюнуть. Да и ты сама это знаешь. Тебя явно кто-то обидел. Не удивлюсь, если над тобой издевался какой-то человек. Все люди — твари.
Мало-помалу кошечка успокоилась. Она перебралась к Данте на плечо, мурлыкая от удовольствия, когда он потёрся щекой о её шёрстку. Юноша зевнул. Он хотел снять кошку с плеча и пойти в кровать, но не тут-то было — она прилепилась намертво.
— Послушай, но я хочу спать, — недовольно сказал Данте. На кошку это не произвело впечатления, и Данте пришлось лечь с ней вместе. Кошка, удовлетворённо мурлыкая, лизнула юношу в подбородок и сползла с плеча к нему на грудь. Присутствие живого существа что-то всколыхнуло в сердце Данте. Лёжа в постели и перебирая кошачью шёрстку, он погрузился в сон.
Проснулся Данте от ощущения какой-то тяжести. Открыл глаза и обалдел. На груди его лежала девушка с длинными тёмными волосами. Обвивая Данте руками, она улыбалась. Это была Эстелла.
