Любая скромно-негативная оценка того или иного дуролома в погонах тут же воспринимается как посягательство на ум, честь и совесть наших Вооруженных Сил, то бишь министра, НГШ и их окружение. Тут же начинает дружно подвывать халдейская свора, что не время сейчас критически оценивать Минобороны, что война идёт и что всякое сказанное нелестное в их адрес слово – на руку врагу. Полноте! Вы о чём? Для начала на пару суток этих ревнителей в окопы да под шквал арты, а потом бы послушал с упоением об их прозрениях. Глубокое убеждение: только если сам прошёл сквозь эту грязь, то имеешь право вообще хоть толику говорить о войне, в том числе и нелестные оценки о ком-либо высказывать. Да и вообще в полемику вступать – надо предмет знать, чтобы говорить о нём. Всё остальное – либо от глупости, либо от внутреннего холуйства, так глубоко сидящего в нас. К слову, русский мужик хоть и ломал шапку перед барином, но мог и «петуха красного»[28] в стреху заснуть, и вилами брюхо пропороть, а потом махнуть на Дон или в Сибирь на земли вольные, потому как внутренне холуем никогда не был. Мы – гордые великороссы!
А критика ведь не огульная, болью пронизанная за творящиеся глупость, браваду, ложь, тупость. И цель её – исправить, изменить, исцелить.
Когда власть запрещает критиковать, когда на роток – платок, то это слабость, это признак грядущей агонии, которую ни в коем случае допускать нельзя. Народишко, особенно русский, в узде держать сам Господь велел, да только ни узду, ни подпругу затягивать до перехвата дыхания нельзя. Неразумно. Впрочем, мы же народ крайностей, хотя и терпеливый.
КПД от поездки невысок – многое сделать не удалось: куда-то не проехать, куда-то не пустили даже ползком, отчего-то сами отказались, с кем-то не встретились. И всё же что-то удалось. Главное – развезли по подразделениям медицину, технику, снаряжение. А ещё книги – целую библиотеку, но об этом чуть позже.
Пожалуй, отступлю от привычной хронологии и начну с возвращения и то лишь потому, что в какой-то степени оно стало заключительным аккордом нашего «сафари». В кузове «газели» аккуратно уложенные в снарядные ящики беспилотники, сбитые ПВО полка (брянские ребята, отчаянные и истинно русские!). Взяли для ремонта – что-то приладят наши умельцы, перепрошьют, настроят в нужном диапазоне – и снова в бой.
Отдельно сложены в огромный короб «затрофеенные» отстрелянные гранатомёты и ПЗРК, натовские и укроповские, пробитые каски, броники, гильзы, пулемётные ленты, магазины, ремни, разгрузки… Этот хлам Старшина развезёт по музеям: матушке Иустинье, Алексею Сотникову в музей клуба «Курган», что-то оставит в свой домашний, чем-то поделится с нами.
Время – за полдень, жарко, душно, оставшаяся в полторашке вода тёплая до противности, воздух не колышим, хвоя как порох, вырубленный подрост успел за пару недель превратиться в сушняк, который того и гляди полыхнёт с радостным треском даже от автоматной очереди, не говоря уже от раскалённых осколков. Старшина возмущается захламлённым сосняком, вопрошая у вылинявшего небушка, как возможна такая безалаберность. Ответ прост: наш родной пофигизм, лень и чья-то дурь. Ничего не меняется в этом подлунном мире!
Дневной покой сглазил Старшина: поёрничал, что нынче на диво спокойно, «прилёты-вылеты» хоть и рядышком, но земля не вздрагивает в испуге, да и не канонада вовсе, а довольно редкое подрагивание. И оркестрик почти камерный: каждая «скрипочка» отчётлива, каждый «фагот», каждая «труба», каждый инструмент слышим: вот зачастил «Василёк», вот калибром покрупнее жахнуло, это зушка[29] своё лыко в строку вставила, а это уже совсем рядышком зашёлся в исступлении пулемёт крупного калибра и взвыл противно «Град». Не хватает только воя «Искандеров», но это уже другой коленкор.
Витя нарушил правило: не буди лихо, пока оно тихо, не поминай дьявола всуе, поэтому при выезде из Кременной накрыли «Грады». Конечно, не нас – мы так, рядышком проходили. Просто его величество случай спас. Оказалось, кто-то из местных «ждунов» навел «Грады» на завезённый в старый сарай на окраине города БК[30], а мы не ко времени проезжали мимо.
Сначала пара корректирующих взрывов по курсу слева спереди, а потом загрохотало нешуточно и повалил чёрный дым. Нет бы развернуться и другой дорогой, но лень одолела. К тому же на развороты да драпанье в безопасное место уйдут даже не секунды, а минимум пара минут, но это уже сверх допустимого. Броники перед отъездом надевать тоже поленились: накроют – из машины через одну дверцу втроём всё равно не выбраться даже без них, а в «панцире» и подавно, поэтому положились на извечное русское авось.
Дорога после моста делала петлю влево как раз в направлении доносящихся в сотне метров взрывов, дыма и навстречу летящей сломя голову «буханки». Можно было бы рвануть в объезд города с моста вправо, но там дорога скверная, да и не пейзажно – высохший густой подрост среди сосен горит порохом, огонь с огромной скоростью перемещается, так что ехать среди такого леса равнозначно засунуть голову в костёр.
