Диона пару раз моргает и смотрит на сестру в своих руках. Цинна, зажатая подмышкой старшей, беспомощно трепыхается и бьёт Диону по руке, возмущённо кряхтя. Эрбин смотрит на всё это с весёлой улыбкой.
— Погодка чудесная, да и выходной у меня не каждый день, — подмигивает маг.
Диона хмыкает, отпускает Цинну, которая тут же начинает поправлять взъерошенные волосы.
— Ну хорошо, — кивает ведьма. — Куда пойдём?
— Нашёл недавно красивое место. Правда оно за городом, придётся немного пройтись.
— Я тоже с вами хочу! — вдруг громко подаёт голос Цинна.
— Нет, — строго отрезает Диона. — Мы пойдём на свидание, а ты будешь лишь мешаться под ногами.
Цинна сразу тускнеет в глазах и, надув губы, складывает руки на груди.
— Да ладно тебе, мелкая нам не помешает, — притянув Диону к себе за талию говорит Эрбин и подмигивает фамильяру.
Цинна тут же светлеет и улыбается. Диона переводит взгляд с сестры на парня, цокает и опускает голову Эрбину на плечо.
По рассказу мага, место которое он нашёл было недостроенным, но красивым и завораживающим в своей запущенности парком. Особенно Эрбин хотел показать увитый дикой розой фонтан. Особого интереса Диона не испытывала, но упустить момент инициативы мага не могла.
Путь занимает около часа. Цинна всю дорогу скачет, разглядывая пейзаж и щебеча что-то о школьных буднях и друзьях.
— Слышал последние новости? — спрашивает Диона.
— Да, Рорент рассказал.
— Как всё вообще пришло к этому? — спрашивает ведьма, пиная носком сапога камешки.
— Страх, — отвечает Эрбин. — Именно страх главный двигатель силы. Король почувствовал, что его власть может пошатнуться и испугался. Что ещё остаётся трусливому тирану?
Вопрос риторический.
— Как ты думаешь, почему ведьмы не пытались восстать? За все сто лет разве не нашлось ни одной ведьмы или мага у которых хватило бы сил справиться с этой тиранией?
— Почему же не пытались? Пытались, и сейчас пытаются. Но ты видишь к чему это приводит. Для того, чтобы свергнуть власть недостаточно просто быть сильным магом или ведьмой. Ты должен уметь сплотить и повести за собой народ. Повести на смерть с небольшим шансом на то, что та смерть окупится. Не каждый способен на такое.
— А ты? — спрашивает Диона. — Ты способен на такое?
Эрбин задумывается и несколько минут идёт молча. Солнечные лучи, разрезанные ветками деревьев, падают на смуглую кожу и красиво подсвечивают золотые глаза. Так и оставив вопрос без ответа, Эрбин произносит.
— Мы почти пришли.
Через пару минут в подтверждение слов парня узкая лесная тропинка расширяется, деревья редеют. Перед взором предстаёт круглая поляна. От былого ухоженного сада остались лишь заросли декоративных кустарников и тонкие молодые деревца, совсем недавно оперившиеся зеленью листьев. Заросшие скамейки и статуи кольцом обступили красивый, украшенный лепниной и мозаикой фонтан.
Цинна радостно щебечет, бегая по заброшенном парку и любуясь новыми видами. На фоне тёмно-зелёной листвы и серого камня она похожа на маленького юркого светлячка.
Диона садится на бортик фонтана, предварительно стряхнув с него всю пыль и грязь. Тонкие стебли проросли сквозь покрытый трещинами камень и, сплетаясь между собой, обвили фонтан, украшая его кроваво-красными бутонами. Диона проводит пальцами по стеблям. На кончике пальца выступает капля крови. Аккуратно взяв девушку за кисть, Эрбин подносит травмированный палец ко рту, накрывает губами и слизывает кровь. Ведьма тоскливо смотрит в переливающие золотом глаза, и говорит:
— Я люблю тебя.
Голос её звучит с лёгким налётом безнадёжности. Эрбин на признание улыбается, чуть прикусив чужой палец. Он гладит девушку по щеке, целует её пальцы и сплетает их в замок со своими. Диона же, не услышав ответа на свою откровенность, натянуто улыбается и уводит взгляд вниз.
— Эй, чем вы тут занимаетесь? — подскакивает сбоку Цинна. — Иу, какие нежности.
Фамильяр показано морщит нос.
— Не ври, — усмехается Эрбин. — Тебе такое нравится.
— Ну-у-у, ладно! Подловил! — скачет на месте Цинна. — Здесь так красиво! Спасибо, что привёл нас сюда, Эби!
Диона прыскает, маг недовольно сжимает губы.
— Цинна, я же просил, не называть меня так.
— Да будет тебе, — смеётся девушка. — Ты тоже можешь придумать мне какое-нибудь прозвище. Цини, например. Или может, Ци? Цици? Нана? Нина!
Фамильяр продолжает перечислять варианты, вприпрыжку удалять от пары в сторону выхода из парка. Солнце касается верхушек деревьев. Закат окрашивает статуи мягким оранжевым цветом, оживляя каменные лица. Эрбин подаёт Дионе руку, помогая девушке подняться. Становится холоднее, и ведьма ёжится от внезапного порыва ветра. Цинна уже стоит у входа в парк, зазывно маша рукой.
— Спасибо, что предложил ей пойти с нами, — произносит Диона. — Ей необходимо было отвлечься. После смерти матушки она первый раз улыбается так ярко. Я уж и забыла, что моя сестра так умеет.
Диона говорит спокойно и тихо. В глубине её голоса Эрбин отчётливо слышит ноты грусти, прячущиеся за умиротворённым выражением лица.
— Не благодари. Цинна мне ведь тоже как младшая сестра. Видеть её грустной совсем не хочется.
