Дорога петляет, то становясь шире, то снова сужаясь. Идут молча, каждый думая о своём. Лишь Цинна изредка пытается начать диалог, но не получив желанной реакции от старших, просто скачет вперёд насвистывая под нос весёлую мелодию.
Изредка поглядывая на, не менее задумчивого Эрбина, Диона пытается разобраться в ворохе мыслей, что клубятся в её голове. Собственные чувства раздирают изнутри, прорываясь колючим стеблем крапивы и коля сердце огнём. Девушка закусывает губу. Неуверенность и страх, так не присущие её характеру, раздражают.
“
Заверив сама себя, Диона кивает своим мыслям и неуверенно хмыкает. До дома остаётся половина дороги, когда из-за деревьев слышится лязг металла, скрип колёс и грубый мужской смех. Эрбин останавливается и хмурится. Краем глаза Диона замечает на кончиках его пальцев бледное желтоватое свечение.
— Цинна подойди сюда, — говорит Эрбин и закрывает собой девушек.
Ничего не понимающая Цинна переглядывается с сестрой. Диона жестом просит младшую молчать.
Не проходит и минуты, как из-за поворота показывается патрульный отряд. Дюжина вооружённых солдат окидывает троицу надменными взглядами.
Диона сглатывает. За самовольную отлучку из города без уважительной причины ждёт штраф и серьёзное наказание. А именно это они и сделали, сбежав через одну из дыр городской стене. Они не должны быть здесь, а без подтверждающей печати от стражника врат будут большие проблемы. Диона чувствует, как дрожащая рука сестры хватается за рукав платья.
— И кто это тут у нас? — басит один из солдат, высокий и толстый, с густой седой бородой и недобрым прищуром глаз. — Назовитесь и покажите пропускную грамоту.
Диона и Эрбин переглядываются. Взглядом ведьма просит не глупить, маг лишь дёргает губами и обращается к солдату.
— Мы возвращаемся в город. Прошу пропустите нас. Мы не хотим неприятностей.
— Я тебе сейчас устрою неприятности. Больше повторять не стану, назовись и покажи грамоту.
Мужчина подходит ближе, нависая над Эрбином будто скала. В два раза больше и шире он смотрит недобро, хмурясь, и чуть-ли не скрипит зубами. Маг выругивается себе под нос и быстро шепчет Дионе:
— Когда я скажу — бегите.
Ведьма хочет возмутиться, но быстро прикусывает язык, крепко сжимая ладонь сестры. Перепуганная Цинна не может отвести взгляда с земли.
— Понимаете, — начинает заговаривать зубы солдату Эрбин. — Мы потеряли грамоту где-то в лесу. Давайте вы отпустите девушек, а я схожу поищу её.
— Ты мне зубы не заговаривай, малец, — рыкает солдат. — Эй, парни! Обыщите его и девок!
— Нет! — вскрикивает Цинна, прижимаясь к Дионе, когда толпа мужчин начинает подходить ближе.
— Не волнуйся, девчуль, — мерзко хихикает молодой рыжеволосый солдат. — Мы аккуратно.
— Твою ж! Бегите! — кричит Эрбин взмахивая рукой и создавая в ладони меч.
— Ах ты, дрянной маг! — блокирует удар старый солдат.
Дёрнув сестру за руку, Диона начинает петлять между солдатами. С трудом увернувшись от ловких рук, девушки забегают в лес. Бегущие за ними солдаты утопают в мягком мху под тяжестью своих доспехов.
Вскоре лёгкие начинают гореть. Тонкие ветки режут кожу, паутина и листья застревают в волосах. Тяжело дыша, Диона и Цинна с трудом переступают через витые корни. Сил почти не остаётся, а солдаты наступают на пятки. Диона создаёт в ладони огненный шар, но тут же его гасит. Лесной пожар не спасёт их, а лишь поглотит вместе с солдатами. Упав на колени, Диона судорожно пускает магию в землю, создавая стену из корней. Впервые в жизни она была разочарованна тем, что не признавала и не изучала магию земли в полной мере, как Ланика.
Слабые, тонкие корни неохотно сплетаются в неширокую стену, которая тут же начинает ломаться под натиском острых мечей солдат. Диона прижимает плачущую Цинну к себе и пускается ещё дальше в лес. В сумерках слабо различаются очертания деревьев. Внезапно Цинна оступается, громко взвизгнув падает на мокрую землю. Диона подбегает ближе быстро осматривая сестру. Нога фамильяра неестественно вывернуть, опухла, исцарапана и кровоточит.
— Больно, — всхлипывает Цинна. — Ди-Диона, больно.
— Потерпи, Цинна, осталось чуть-чуть, скоро всё закончиться. Хватайся за руку. Мы скоро выйдем из леса.
— Правда? — с надеждой спрашивает Цинна, не обращая внимания на приближающиеся крики солдат.
— Правда, — врёт ведьма.
Не успевает Цинна ухватиться за ладонь сестры, как её грубо хватают и закидывать на плечо. Тот самый рыжеволосый солдат грубо матерясь и удерживая вырывающуюся Цинну на себе, разворачивается обратно в сторону дороги. Вслед за ним идут его сослуживцы, заломив руки Дионе. Словно дикая кошка, ведьма изворачивается в стальной хватке, шипя на мужчин и пытаясь укусить и поцарапать.
