Звали прибывшего Осферт, и я был с ним очень хорошо знаком.
– Лорд принц! – приветствовал я его, зная, что он станет отрекаться от титула.
– Лорд Утред, я не принц, – возразил он, как и ожидалось.
– Но все равно желанный гость, – сказал я.
– Быть может.
Он даже говорил как король Альфред. Голос такой же холодный, пронзительный и твердый. На груди у него висел инкрустированный янтарем серебряный крест – единственное украшение, какое Осферт себе позволил. Черный плащ выглядел вполне прилично, но ему не хватало мехового воротника и расшитой каймы. Кольчуга была проста, как и шлем, да и сапоги, седло и сбруя исключительно из кожи и железа, эфес меча только из кожи и дерева, ножны деревянные. Он смотрел поверх моего плеча. Обернувшись, я увидел людей Скёлля на дороге примерно в миле за нами.
– Это Скёлль Гриммарсон? – спросил Осферт.
– Он самый. Откуда ты узнал?
– Я не знал. Предположил. Он гонится за тобой?
– Мне больше по душе так: он за мной следует. Так ты слышал?
– Слышал. Причем ничего хорошего.
Он хмуро наблюдал за людьми Скёлля, которые остановились в полумиле от нас, завидев перед собой «стену щитов». Разведчики, скакавшие по восточному краю долины, присоединились к основным силам, но всадники на западном краю остались, как я заметил, на возвышенности. Разумеется, это тоже были разведчики: ехали на быстрых конях и не имели громоздких щитов, сковывающих движения.
– Сейчас они сражаться не станут, – твердо заявил Осферт. – Мы превосходим их числом.
Я не был в этом уверен. Одинокий всадник покинул отряд Скёлля и стал взбираться на западный холм. Человек этот был в сером плаще и с длинным волчьим хвостом на гребне шлема. Скёлль тем временем довольствовался тем, что смотрел на нас. Я перевел взгляд на Осферта.
– Далековато ты забрался от дома, – с укором сказал я.
– Как и ты, лорд.
Я махнул рукой в сторону долины и леса:
– Нортумбрия – мой дом.
– И даны из Нортумбрии пришли пограбить фермы близ Мамесестера, – ядовито процедил он. – А мы их перебили.
– Так вот почему ты здесь?
– Вот почему мы вышли из Мамесестера, – уклончиво ответил Осферт.
– Одного из участников набега звали Хергильдом?
– Да. – Осферт слегка удивился, но не спросил, откуда мне известно это имя. – Моя работа – наказывать грабителей.
– Хвала Господу! – провозгласил сопровождавший его священник.
Мы оба оставили реплику попа без внимания.
– Так ты служишь под началом Треддиана? – осведомился я.
– Я сменил Треддиана, – пояснил Осферт. – Принц Этельстан поставил меня командовать бургом в Мамесестере.
– Очень рад, – сказал я, причем искренне.
– Рад?
– Ты заслуживаешь командной должности.
– Я уже был комендантом в Брунанбурге, – не без обиды заявил он.
– Верно, – кивнул я.
Этельфлэд поставила Осферта во главе гарнизона. Решение вызвало недовольство короля Эдуарда, которого раздражал факт, что он не первенец. Старшим был Осферт, незаконнорожденный отпрыск короля Альфреда, прижитый им от служанки прежде той поры, когда Альфред понял, что любовь к богу в нем сильнее любви к женщинам – ошибка, которой я никогда не совершал. Из всех детей Альфреда именно бастард Осферт более прочих походил на отца. До меня дошли слухи, что Эдуард, старший из законных наследников, после смерти Этельфлэд сместил Осферта с поста коменданта, опасаясь получить соперника в его лице. И вот теперь Этельстан передал под его начало гарнизон еще более важный.
– Твоему сводному брату известно, что ты командуешь Мамесестером? – поинтересовался я.
Осферт вперил в меня холодный взгляд:
– Сводному брату?
– Королю Эдуарду.
Он ненавидел, когда ему напоминают о происхождении, и сам никогда не пользовался его преимуществами.
– Скоро узнает, если уже не узнал. Посмотрим, одобрит ли он это. – Осферт нахмурился, глядя на воинов Скёлля, потом кашлянул, прочищая горло. – Мои соболезнования. Насчет дочери. Мне очень жаль.
– Мне тоже, – отрезал я и посмотрел на разведчиков Скёлля на западном гребне. – Откуда ты узнал? – спросил я, не сводя глаз с всадников, не двигавшихся с места. Минуту назад их было двадцать, а теперь осталась всего половина от этого числа, хотя в долину никто не спускался.
– Нам сообщил человек по имени Бедвульф, – ответил Осферт, и это заставило меня перевести взгляд на него.
– Брат Бедвульф? – спросил я удивленно.
– Разве он монах? Нет вроде бы. Он со своей женой путешествовал.
– Это у него прозвище такое, – отмахнулся я.
Так, значит, Бедвульф подался вместе со своей Белкой вовсе не к Арнборгу, а на юг, за помощью. Выходит, я ему обязан, и сообщать благочестивому Осферту, что Бедвульф – беглый монах-расстрига, было бы грязной неблагодарностью. Входит, Бедвульф же и рассказал про Скёлля, так Осферт и узнал, что ярл идет по моему следу.
– Так ты, значит, отправился мне на выручку? – осведомился я.
– Да. Мы выступили, как только узнали, что за тобой погоня.
Глядя на западные холмы, я обдумывал его слова.
– Ты выехал из Мамесестера, чтобы наказать грабителей, – проговорил я наконец. – Так как ты повстречался с Бедвульфом?
– Бедолага попал к ним в плен, – ответил Осферт. – Он и его жена.
От этой новости я вздрогнул.
