Побродив по галереям ещё минут пятнадцать, мы вышли из музея. На площади недалеко от входа прямо на асфальте сидела группа индусов. Выглядели они очень колоритно: из одежды только набедренные повязки, длинные спутанные волосы, такие же бороды, покрытые чем-то белым тела.
Наша компания уже практически прошла мимо, как один из них вскочил и схватил Тэю за руку, бормоча что-то на незнакомом языке. Девушка не без усилий выдернула руку. Индус продолжал повторять одни и те же слова. Грэгори быстро полез в карман и, достав несколько купюр, положил их под лежащий рядом булыжник. Но нищий даже не посмотрел в их сторону.
— Идёмте. Я вижу свободное такси, — парень подхватил ошарашенную Тэю под локоть и повёл в сторону машины.
— Кто это был? — уже сидя в салоне, спросила пилот.
— Садху, — археолог, разместившийся на переднем сиденье, повернулся к нам.
— Сад… Кто?
— Садху. Это аскет, отказавшийся от мирских благ и удовольствий ради просветления. Их много в Индии. Настоящие садху считаются святыми. Но в последнее время развелось очень много подражателей — простых нищих и попрошаек, которые используют их образ и только притворяются аскетами. Так что велика вероятность наткнуться на подделку. Нужно быть осторожными, — объяснил учёный.
— А что за слова он повторял? — спросила Тэя.
— Первое богиня. А второе… Точного перевода нет. Дословно: предшествующая богине, пробогиня.
— Пробогиня? — повторила недоуменно пилот.
— Ага. Не обращай внимания. Возможно, он просто сумасшедший, — пожал плечами Грэгори.
Сумасшедший попрошайка, который даже не посмотрел на купюры и точно знал не только имя нашей спутницы, но и его значение? (Прим. автора Тея — от теос — божественный). Что-то здесь не вяжется. Я покачала головой, но вслух ничего не сказала.
Ближе к вечеру, когда все технические дела с самолётом были решены, наша бравая компания вылетела в Катманду. Я сидела в кресле у иллюминатора и смотрела на раскинувшийся под нами горный массив. Тибет. Сказать, что он был огромный — ничего не сказать. Просто необъятный. Искать здесь Шамбалу, это не иголку в стоге сена искать, а одну маленькую песчинку в Сахаре. Я покачала головой. Наше предприятие всё больше казалось мне занятием авантюристов с манией оптимизма в стадии жесточайшего обострения.
— Квентин говорил, что её можно почувствовать… Её магические флюиды. Адисон тоже магическое существо… Так что у нас как минимум два шанса, — Грэгори присел на корточки рядом с моим креслом. Он словно читал мои мысли.
— Конечно, найдём, — бодро откликнулся с кресла напротив полукровка, отрываясь от экрана планшета.
— Ага… Что читаешь? — перевела тему я.
За время нашей экспедиции Адисон подсел на классиков и читал одну книгу за другой.
— Джека Лондона. «Смирительная рубашка». Читала?
Я покачала головой.
— Советуешь?
— Очень. Но это не развлекательное чтиво, предупреждаю сразу. Книга… Экхм… Порой тяжеловата эмоционально. Но в ней есть потрясающий посыл, — полукровка замолчал, ожидая вопроса с моей стороны.
Я улыбнулась и подыграла:
— Какой же?
— Жить. Просто жить дальше. Несмотря ни на что. Продолжать бороться, невзирая на трудности. И абсолютно неважно где ты и в какой ситуации: лежишь, связанный в тюрьме, бродяжничаешь на улице, изгнанный правительством, выживешь на скале после кораблекрушения, — ты свободен, пока свободен и несломлен твой дух.
— Я прочитаю… Спасибо, — я сглотнула.
Приземлившись в Катманду, Грэгори направился на встречу с гидом, которого нашёл по интернету ещё находясь в Индии. А я, Тэя и Адисон решили прогуляться по городу. Мое самочувствие по прилёту было гораздо лучше, чем в Африке и Калькутте, чем я не приминула воспользоваться чтобы осмотреть достопримечательности.
— Наверное, сказывается высота, — предположил полукровка, когда я поделилась с друзьями своими ощущениями. И, увидев мою приподнятую бровь, добавил: здесь больше тысячи метров над уровнем моря. Рановато для горной болезни и сильной гипоксии, но, думаю, на мозге сказывается. И на твоей пиявке, соответственно, тоже.
— То есть мне хорошо, потому что Квентину плохо? — почесала подбородок я.
— Судя по тому, что тебя отпускало в самолётах и здесь… То да… То ли ещё будет, когда мы поднимемся выше, — Адисон хохотнул и щёлкнул пару раз камерой телефона.
— Это что, мой телефон? — Тэя похлопала себя по карману джинсов. — И когда ты успел?
— Если что, я не вытаскивал его из кармана… Он лежал на столе в самолёте. Я взял на время, пофотографировать, — надул губы Адисон и тут же предложил: давайте сделаем селфи? Смотрите какой вид!
А виды и впрямь были завораживающие. Обычные трех-четырех этажные здания соседствовали с домиками с многоярусными крышами. То тут, то там виднелись храмы. И всё это располагалась посреди сверкающих в свете солнца заснеженных горных вершин. Наша троица прижалась друг к другу плечами и улыбнулась.
— Сейчас вылетит птичка, — полукровка нажал на кнопку и, проверив получившееся фото, убрал смартфон в свой карман.
