Э. Бикерман очень доступно изложил те принципы, которые лежали в основе организации фаланги, и мы видим, что она действительно являлась очень сложным военным организмом: «Однако тактическое использование фаланги предполагало долгое и регулярное обучение каждого солдата в строевых условиях. Если компактность строя нарушалась, фаланга была обречена на гибель. Обращение с сариссой – копьём длиной более чем шесть метров – требовало специальной выучки. Ни варвары, ни гражданское ополчение греков, ни даже наёмники, умело пользовавшиеся мечом и копьём, не были способны к той боевой дисциплине, которая была абсолютно необходима для того, чтобы каре из 20 000 человек могло маневрировать на поле боя». К этому добавить абсолютно нечего, а потому на вопрос о том, откуда у вчерашних невольников могли взяться те боевые навыки, которые необходимы для сражения в правильном строю, ответ может быть только один – их нещадно муштровали в течение длительного времени. По-другому просто не могло быть. Недаром Плутарх, когда будет рассказывать о битве при Херонее, отметит, что «рабы слишком медленно уступали напору римской тяжелой пехоты и, вопреки своей природе, стояли отважно». Ещё раз отмечу – это могло произойти только в том случае, если рабы прошли полноценный курс военной подготовки. «Эфесская вечерня» случилась в конце весны 88 г. до н. э., а битва при Херонее была в марте 86 г. до н. э. Времени, чтобы военачальники Митридата как следует обучили и снарядили «фалангу рабов», была масса. После чего это подразделение отправили в качестве серьезного подкрепления в распоряжение Аркафия. Данный факт вполне мог иметь место, поскольку Аппиан четко указывает на то, что «Митридат все время посылал на подкрепление; ведь он их посылал непрерывно». Но сразу оговорюсь, это лишь моя версия, каждый волен принимать её или нет.
Теперь о численности войск. Как мы убедились, римская армия понесла во время осады Афин и борьбы за Пирей чудовищные потери, к тому же Сулла был вынужден оставить в Акрополе гарнизон. В данной ситуации он имел под рукой не более 9000—10 000 человек, и его главной надеждой был Луций Гортензий, спешивший из Италии на помощь проконсулу с легионом и вспомогательными частями. Всего 6000 воинов. Поэтому данные Плутарха о том, что в итоге под командованием Суллы было полторы тысячи кавалеристов и меньше пятнадцати тысяч пехотинцев, можно считать достоверными. Но есть ещё один немаловажный момент. Вполне возможно, что потери римлян в противостоянии с Архелаем были ещё больше, поскольку проконсул пополнял ряды своей армии и местными элементами. Получается, что указывая численность армии Суллы, Плутарх подразумевал не только те части, которые он привел из Италии, но и войска его союзников на Балканах. Аппиан прямо об этом пишет: «Сулла вел с собою италийцев, тех эллинов или македонян, которые недавно перешли к нему от Архелая, а также кое-кого из соседних городов». Как видим, боеспособность армии проконсула оставляла желать лучшего. И при всем при этом понтийцы имели подавляющий перевес в коннице. Как количественный, так и качественный. Ситуация незавидная.
Относительно понтийской армии Аппиан и Плутарх практически единодушны – грек из Александрии определяет её численность в 120 000 человек, а грек из Херонеи в 100 000 пехоты, 10 000 конницы и 90 боевых колесниц. Получается классическая картинка – маленькая, но ужасно героическая армия запада против бесчисленных полчищ востока. Но так ли это?
