Войны Митридата полностью

Претензии царя к гражданам Хиоса изложил Аппиан, и здесь невольно напрашивается вывод о том, что попытка вступить в переговоры с врагом имела место. Митридат заявил следующее: «…лучших своих граждан вы тайно послали к Сулле, и ни на кого из них вы не указали и не донесли мне, что они это сделали не по общему решению, а это вы должны были бы сделать, если бы вы не были их соучастниками». Однако Митридат в праведном гневе не обрушил сразу карающую длань на изменников, а послал сначала комиссию и назначил расследование по факту измены. В данной ситуации никакого деспотизма и тиранства не наблюдаем, и лишь когда факты подтвердились, понтийские власти начали действовать. Стратег Зенобий ввёл в город войска, занял все ключевые пункты, а затем разоружил граждан и созвал на собрание. Там он объяснил причины царской подозрительности, а затем объявил, что Митридат сменит гнев на милость, «если вы передадите оружие и в качестве заложников дадите детей виднейших из граждан» (Аппиан). Выбора не было, и приказ царя был выполнен. Но что характерно, касался он исключительно граждан города, а не иноземцев, там проживающих. Заложников отправили через пролив в город Эретрию, а хиосцам зачитали письмо Митридата, в котором он объявлял о казни наиболее активных злоумышленников. Также царь извещал о том, что накладывает на город штраф в размере 2000 талантов. Сумма не малая. В своё время, после поражения в войне с Римом, македонский царь Филипп V должен был уплатить в качестве контрибуции всего лишь 1000 талантов. Тем не менее деньги хоть и с трудом, но были с Хиоса собраны. Однако Зенобий этим не ограничился и, исполняя приказ своего повелителя, повёл всех граждан к морю, где посадил на корабли для отправки в Понт.

Однако, когда караван судов двигался уже по Понту Эвксинскому, он был атакован кораблями из Гераклеи Понтийской, находившейся в союзе с Хиосом. Пленников освободили, и впоследствии они вернулись на родину. Как видим, Митридат на Хиосе не свирепствовал, кровь потоками не лил, людей по его приказу не резали, и в целом он обошёлся с изменниками довольно снисходительно. Сам город был заселён выходцами из Понта, между которыми и были поделены земельные наделы.

Следующая смута возникла в Эфесе. Стратег Зенобий, который приводил к покорности Хиос, подошёл к городу с намерением провести там такую же операцию, что и на острове. О том, что происходило до этого в самом Эфесе, источники молчат, хотя понятно, что царский полководец появился у города не просто так. Однако и горожане после подвигов стратега на Хиосе имели все основания его опасаться. Поэтому проявили бдительность и впустили стратега в город без оружия и с небольшим отрядом сопровождения. В Эфесе Зенобий пообщался с Филопеменом, отцом царицы Монимы, получил от него необходимую информацию и после этого заявил гражданам, что ждёт их на агоре, на городское собрание.

Однако граждане Эфеса знали, чем закончилось подобное собрание на Хиосе, и уговорили стратега перенести его на следующий день. И пока тот предавался различным удовольствиям, собрали вооруженный отряд, а затем, перебив охрану, схватили Зенобия и бросили в тюрьму, где впоследствии убили. Объявив город на военном положении, жители свезли в него со всей округи запасы продовольствия, согнали скот и, поголовно вооружившись, вышли на городские стены.