Передняя стенка отсека, раскрывается подобно лепесткам огромного цветка. В голову врывается образ приказывающий действовать, постфактум превращённый мозгом в приказной глас.
- Ходу, ходу! Кентавриды ждать не будут!
Восемь бойцов вылетают из челнока, как пробка из бутылки, и бросаются к ангару. Вместе с ними стартовали, стелящиеся при быстром беге дроны. Над головой повис чёрный купол космической бездны, вспыхивающий миниатюрными звёздами атомных взрывов. Под ногами проносится покрытие из сплавленной астероидной породы. Из звуков лишь собственное дыхание, приказы в эфире и мерное гудение ранцевого двигателя. Бойцы других отделений то же высыпались на ВПП, стремясь покинуть открытую местность.
Внезапно сразу несколько солдат исчезают в лиловом сиянии и круговерти огненных искр. Вместе с ними вспыхивают тяжёлые "Тарантулы" и "Каракурты". Удар зенитных лазеров вражеского корабля идёт с дистанции в тысячу километров, ему в ответ бросаются невидимые копья света излучателей космодрома. Напоминающие кальмаров абордажные челноки поднимают свои абляционные щиты, прикрывая пехоту. "Интересно, попавшие тогда под лазерный обстрел были сослуживцами, для которых тренировка закончилась в самом начале, или массовкой под контролем программы?"
Короткий огневой контакт даётся нам ценой большинства тяжёлых дронов. Но вот лётное поле остаётся позади, и над головой снова высится потолок. В ангаре царит оживление. Люди и механизмы, перетаскивают какие-то ящики, возводят баррикады и минируют баки с топливом. Мы за считанные секунды минуем это столпотворение и направляемся вглубь комплекса, разделившись на группы по два отделения.
Бег по коридору в сторону зоны прорыва. За спиной другие члены отряда. Впереди юркие дроны разведчики. Поворот. Головной дозор фиксирует вражеские машины. Вновь короткий код от командира:
- Занять позиции, огонь на подавление. Дронов поставить в авангард.
Выставив руку в проход, выдаю очередь из рельсотрона. Двадцатиграммовые иглы, разогнанные до двух километров в секунду, пронзают робота чужих, напоминающего таракана переростка. Следом за машиной по коридору в нашу сторону мчатся четверо биороидов. Огонь сразу трёх стволов срезает увёртливых бестий. Алая, такая же, как у человека, кровь брызжет из разорванных тел. О стены убьют осколки пластиковых костей и керамических пластинок. Пущенные нам в ответ снаряды скрэм-пушек[15], лишь выбивают фонтаны искр из наши укрытий.
Под прикрытием подавляющего огня половина отделения занимает другую сторону прохода, и теперь может вести перекрёстную стрельбу. Однако меньше чем через секунду на нас обрушивается самый настоящий шторм из ракет и лучей. Враг закрепился со своей стороны и пытается смести нас.
- Группа 1, нарастить аэрогель. - донёсся до нас приказ командира взвода.
Исполнить приказ лейтенанта было затруднительно. От постоянных разрывов картечью исцарапало доспех и побило стены. Даже под прикрытием лепестков пластодермиса пеногенераторы не могли нормально увеличить термическую защиту. Ещё немного и кумулятивные боеголовки миниатюрных снарядов смогут прогрызть раскалённые лазером графен и титан. Мы не даём врагу этого времени.
Наше преимущество в живучести позволяет уменьшить количество вражеских стрелков, для возможности уверенного прицеливания. Точку в битве ставит наплечный гранатомёт. Взрыв тяжёлой боеголовки вминает худощавые тела кибернетических организмов в стены. Сразу вперёд уносятся разведывательные механонасекомые. Короткое подтверждение чистоты сектора, и следом за ними бежим и мы.
Миновав покрытый отвратительной кашицей и искорёженным металлом перекрёсток, нам пришлось ускориться, неприятель добрался до обогатителей, где завязал бой с охраной. Нельзя было допустить закрепление дагро среди того оборудования. Следующие сзади бойцы арьергарда перекроют другие пути для противниками.
Поворот, ещё один. Сохранённые ранее дроны уносятся вперёд, пеногенераторы работают на полную мощность. Переходную комнату, где немногочисленные участвовавшие в производственном процессе люди хранили рабочую одежду, минуем меньше чем за секунду и вот мы у входа в зал с обогатителями.
- После захода, зачистить выделенные огневые сектора. Расход боеприпасов не ограничен.
Герметичная дверь отлетает словно картонка, вместе с ней в стене возникают новые отверстия. Сразу же прыжок, из пеналов вылетают разрастающиеся ложные цели. Разворачиваюсь в полёте в сторону выделенного командиром огневого сектора. В замедленном боевыми стимуляторами времени вижу свою цель.
Кентаврид. Тварь одета в тяжёлый доспех, так называемую автоброню, из-за чего напоминала сейчас не персонажа древних мифов, а стального паука на колёсах. Левая верхняя конечность держит щит, правая рельсовую пушку. Обнаружив угрозу, в движение приходят плечевые турели. Вырезанный в нейронах ментальным блоком рефлекс захватывает вражескую тушу в прицел. Миниракеты покидают свой залповый блок десятком огненных росчерков. Одновременно с этим адскими стробоскопами работают оба скорострельных рельсотрона.
