Пришедшую взрывную волну встречаю, укрывшись за ТУНДом. Перепад давления окончательно расчищает поле зрения. Над головой непроницаемое покрывало противокинетической пыли. В нём зияет пробой, сформированный поражающими факторами ядерного взрыва. Сквозь отверстие в облаке мелкодисперсных частиц сияет зелень ионизированного азота. Будто бы стремясь закрыть брешь, всё ещё мерцающий изнутри атомный гриб величаво поднимается навстречу изумрудному свету.
Однако эта поистине впечатляющая картина меня сейчас не интересует. Мои аналитические центры заняты анализом новой опасности. Лишившийся противолазерной завесы десант ничем не прикрыт от лазеров стоящих вдалеке кораблей. Я это прекрасно понимаю. Понимает это и вся сущность скопившихся на берегу войск. Все ТУНДы как один поднимают стволы своих рельсовых орудий к стоящим в километрах отсюда космическим исполинам. Громоподобный залп смешивается с шипением десятков ПТУРов.
Из разделяющей ближайший корабль и десант застройки взметаются трассы зенитных пушек и лучи лазеров. По вскрытым позициям принимается работать разнокалиберная артиллерия. Из ТНД в воздух поднимаются настоящие тучи механонасекомых. Аэрозольные генераторы и мортиры на тяжёлых дронах вновь стремятся скрыть войска. Пехота получает мысленную команду зачистки застройки. Нетерпящий неповиновения императив бросает меня к дымящимся дотам и развалинам прибрежных коттеджей.
Влетаю в ближайшее строение своими шустрыми стальными мошками. Чисто. Мои тела проносятся через руины, проверяют разбитые огневые точки и выпотрошенных врагов. Появившиеся вдалеке крылатые силуэты штурмовой авиации не сильно беспокоят. Отделение высылает на перехват самонаводящиеся ракеты ПВО, не сбавляя темп ни на секунду. Впереди застройка из типичных двухэтажных домов. Пока ничего. Над головой вовсю детонируют снаряды врагов. Одни, перехваченные нашими "Ясенцами", другие, влетевшие в стаи стальной саранчи. Бесчисленные облака механонасекомых неостановимыми потоками стекаются к позициям врага, нанося совокупный лучевой удар по всему, что высовывается из укрытий.
А вот наконец-то и сам противник. Самый настоящий особняк, стоящий среди двухэтажек, когда-то принадлежал зажиточному гражданину, теперь же был превращён в импровизированную крепость, центральный узел оборонительной линии. Соседние дома соединяются сетью окоп, скрытой до времени мимикрирующей тканью. Два ряда строений перед чужими взлетают на воздух, как только пущенные на сто метров перед нами микрониты взрезают механизмы детонации мин. Из обложенных пенобетонными блоками позиций в тучи механических насекомых бьют акустические пушки. Подобранная для резонанса с плёночными крыльями частота прибивает стальную саранчу к земле, где её встречают огнемёты. В ответ туча открывает посылает ливень когерентного излучения, что заставляет спешно развёртываемую противолазерную завесу светится.
Мне приходит распределение огневых секторов. Поднимаю барабанные гранатомёты вверх и посылаю снаряды по баллистической траектории. Сразу меняю направление и вовремя. Мимо моего органического тела проносится снаряд скрэм-пушки.
Бросаюсь вниз. Над головой трассеры автопушки превращают выбранный в качестве укрытия дом в крошево. Камеры выхватывают показавшееся из оседающей пыли строение, на первом этаже которого крутит блок стволов двадцати семи миллиметровая турель. Ещё три такие же установки принимаются полосовать наши позиции подкалиберными и разрывными снарядами. Им вторят с пяток тяжёлых пулемётов и столько же автоматических гранатомётов. Выставляем аэрозольную завесу с металлической пылью, блокирующую вражеские сенсоры. Сами мы принимаем данные целеуказания с многоспектральных сенсоров летающих роботов. Позиция чужаков замечательно видна. Ответные выстрелы проделывают в облаках мелкодисперсных частиц огненные дорожки, оканчивающиеся механизмами чужих. Те будто того только и ждали, дают залп из реактивных гранатомётов и принимаются палить из автоматов. Малокалиберный огнестрел для брони не страшнее комариных укусов и скорее является фактором, отвлекающим от более бронебойных единиц.
Сквозь БИС приходит картина надвигающегося вала снарядов последних артиллерийских установок глегов. Все они летят прямо на нас. Отступившая было туча стальной саранчи, вновь метнулась к линии обороны, очищенной пехотой от акустических пушек. В центре массы механонасекомых что-то шелохнулось, и на позиции врага полился дождь из пирогеля. Кто-то пытается выскочить из огненной ловушки, но тут же оказывается под ударом тысяч слабых по отдельности лазеров. Над руинами взрываются десятки дымовых гранат.
Прыгаю вперёд, всаживая гиперзвуковые иглы во все распознанные механонасекомыми сигнатуры. Прыжковые двигатели вспыхивают, помогая искусственным мышцам. Приземляюсь на середине пути, проламывая под своим весом обломки пластиковых стен. Вновь толчок и короткий полёт до свежего отверстия в стене особняка. За те секунды в воздухе, метаю ручные гранаты в оказавшиеся как на ладони окопы. В тех и так бушует пламя и искры лазерной абляции.
