Когда-то и Крис выставил поцелуй платой за свою помощь. В первый раз я смогла сдержать свои желания, но следом произошла встреча под омелой. И наш первый поцелуй. Сколько же много всего произошло между нами с тех пор. Крис успел стать для меня особенным, любимым, ради него я готова была броситься в пекло. И как же больно до сих пор ранит его предательство. Надеюсь, Линея не пройдёт даже через малую долю того, с чем пришлось столкнуться мне. Кроно… он вроде неплохой, из знатной семьи. Но ведь он задирал нас. Хотя теперь я понимаю, что просто “дёргал за косички” понравившуюся девушку. И всё равно я боюсь за подругу, она так стремится к свободе и самостоятельности, но любовь иногда исключает их. Я ведь во всём шла на поводу у Криса, собиралась уволиться, забеременеть от него, отойти от войны. Теперь мотивы его поступков известны: он просто убирал сильную фигуру с шахматной доски. Не сомневаюсь, он любил меня, но не настолько сильно, чтобы раскрыть мне свою душу. На такое способен только Майкл. Жаль, я начала понимать это только сейчас, когда нас разделяют миры.
– Я… не догадалась, – Линея, кажется, покраснела ещё сильнее.
– Нравится, да?
– Я правда растерялась, Клио, – надула она губы. – Меня никогда раньше не целовали… по-настоящему.
– Тогда соберись, тряпка, – усмехнувшись, я толкнула её в плечо. – Пусть добивается тебя, когда ты станешь полноценным легионером.
– Ты права, – улыбнулась она благодарно. – Спасибо, Клио. Ты… стала мне как сестра.
– И ты мне, – призналась я честно, вновь ощущая, как глаза щиплют слёзы.
Китти сейчас далеко, я не могу поддержать её, принять на себя её проблемы. У меня теперь есть только Лилит и Линея. И воспоминания, что дают мне силы идти дальше.
Мы добрались до жилого здания, там переоделись. Я осмотрела Линею, убедилась в том, что она избежала травм. Да и мне повезло, злоумышленники старались не вредить дианалии, потому удалось отделаться синяками. После того, как привели себя в порядок, мы-таки отправились в столовую к Кроно. Он очень нам обрадовался, кажется, был уверен, что я настрою Линею против него. Мне бы может и хотелось, но удерживало понимание того, что это не моё дело. К тому же, участие Кроно действительно спасло положение.
Мы вполне мирно пообедали, после чего разошлись по своим делам. А буквально через три часа нас с Линеей вызвали к арану Эрену, главному в академии. Проходили разбирательства по делу Сутана, потому слушали показания всех участников событий.
– Не переживай так, – подбодрила я бледную подругу. – Закон на нашей стороне.
– Сутан… у него высокое положение, – пояснила она своё беспокойство.
– А ты легионер, – напомнила я ей. – Сутан не избежит наказания, – произнесла сердито и постучала в дверь кабинета арана.
– По одному, – сообщили мне.
– Сейчас я им всё объясню, – подмигнув подруге, я первой вошла в помещение.
Оно оказалось обставлено довольно богато: стены отделаны панелями из светлого дерева, на полу плотные ковры.
– Проходи, – аран, статный мужчина лет сорока, восседал за письменным столом и имел весьма встревоженный вид.
Впрочем, я и сама запнулась, когда мой взгляд наткнулся на ещё одного присутствующего. В дальней части помещения в небольшом уголке отдыха в кресле разместился Азазэль. Серафим казался расслабленным, но препарирующий взгляд алых глаз пронзал насквозь. Пепельные длинные волосы были собраны в тугую косу. Он предстал в белоснежном доспехе легионера, обхватывающем жилистое гибкое тело. В ножнах на поясе покоилось два меча. Из воспоминаний Лилит я знала, насколько он хорош с этим оружием. На невозмутимом лице Азазэля с хищными чертами мелькнула усмешка, когда я на инстинктах отвела ногу назад в лёгкой боевой стойке.
– Сразу приступай к показаниям, – попросил аран.
Опомнившись, я поприветствовала мужчин по правилам и опустила голову, собираясь с мыслями.
– Сутан высокопоставленный чиновник, – сухо произнёс Азазэль, – причины нападения на него должны быть серьёзными.
– Они серьёзны, – бесстрастно подтвердила я и приступила к показаниям.
Само собой, успела изучить местные законы, потому теперь чуть ли не по статьям озвучила все преступления Сутана. Говорила ровно, спокойно и старалась не смотреть на Азазэля. Появление серафима заставляло нервничать. И я могла только надеяться, что это наша последняя встреча, что он выслушает, согласится с доводами, вернётся в свой дворец и даже не вспомнит о случившемся разбирательстве.
– Канотар так разложила проступки Сутана по закону, что у меня нет иного выбора, как осудить его, – усмехнулся Азазэль почти весело, вот только продолжал сверлить меня внимательным взглядом.
– Его казнят? – я развернулась к серафиму.
– Думаешь, имеешь права задавать мне вопросы? – саркастически улыбнулся Азазэль.
– Я выбрала вашу провинцию не случайно, слышала, что здесь тщательно соблюдаются законы, потому отправилась именно сюда, а не осталась во владениях Кассиэля.
