Хотя кто знает, может, ему давно сообщили о том, что они живы, а отношения со мной были попыткой отказаться от прошлого? Но он выбрал не ту девушку, либо не смог в итоге позволить умереть своему ребёнку.
Мужчины замолчали, переваривая новость.
– Как ты к этому отнеслась? – вдруг спросил Тирос, и стало ясным, что ему откуда-то известно о моих отношениях с Иррилием.
– Я в порядке. Мы расстались раньше.
– Ох, – Орестес чуть меня не уронил. – Ты с ним? Была? А я думал, с Уриэлем.
– Нет, мы с Уриэлем… хм… не столь близки. Я бы сказала, вообще не близки.
Сложно было описать наши отношения с Иррилием, а дать однозначную оценку тому, что клубилось между мной и таким неоднозначным серафимом вообще невозможно.
– И ты была женой Кассиэля, – мотнул головой Легер. – Невероятная женщина.
– Поэтому все хотят меня придушить, – пожаловалась я.
Мы наконец добрались до моих покоев. На полу ещё валялось всё то, что Метатрон использовал для пеленания пленницы в моём лице. Орестес усадил меня на софу, и Тирос принялся за осмотр. Больше своих легионеров я не смущалась, потому спокойно сняла маску и выпила все препараты, которые выдал мне настар. И параллельно отвечала на вопросы.
А потом в комнате появился неожиданный гость. Гезария вошёл без стука, мимолётно оглядел помещение и сразу направился к нашей компании. К ритуалу он облачился в белоснежный доспех, волосы собрал в тугую косу и выглядел устрашающе. Легионеры подорвались со своих мест, поприветствовали серафима.
– Есть разговор, – сообщил он прямо.
– Вряд ли это что-то секретное, – я указала на нить с иголкой в руках настара, которыми он зашивал мою рану.
– Если ты не против лишних свидетелей, – пожал он плечами, нисколько не смутившись. – Я пересмотрел своё решение. Ты оказала нам огромную услугу. Я открою тебе портал и приму на себя возможное недовольство Уриэля.
– О, Гезария… Рада, что ты не такой… кхм… – осеклась я, напоровшись на вспышку недовольства в его глазах. Но ему удалось меня удивить. – То есть огромное спасибо. Уриэль в курсе, кто я, он мой должник и обещал открыть портал. Надеюсь, не обманет.
– Хм, тогда я рад, что всё решилось, – кивнул он удовлетворённо. – Уверен, Уриэль не обманет. Но я всё же переговорю с ним.
– Спасибо. Правда. И, наверное, прощай. Вряд ли мы ещё хоть раз поговорим. Привет дочке.
– Да, прощай, Натали, – кивнул он, чуть улыбнувшись, кажется, при воспоминании о своём маленьком счастье.
– Что за странный разговор? – почему-то шёпотом уточнил Флавиус, когда серафим ушёл.
– Мы с Гезарией знакомы, встречались на Земле и расстались не очень, так скажем. Но приятно, что он решил всё же помочь. Совесть у серафима – редкое качество.
– Снова ты болтаешь о нас гадости? – раздался задорный голос Уриэля.
Он влетел в комнату шебутным тайфуном, излучая волны веселья и позитива.
– То есть хочешь сказать, у тебя совесть есть? – иронично вздёрнула я бровь.
– Будто у тебя она есть. Кстати, как ты всё же предпочитаешь, Натали или Лилит? – весело поиграл он бровями. – Столько серафимов обманывать, как же не стыдно?
В комнате наступило напряжённое молчание. Сердце забилось о грудную клетку сильнее от волнения.
– Предпочитаю Натали, – сипло ответила я.
– Печатники – штука редкая, мало ли, – дёрнул он плечами, нагло проталкиваясь между мной и Орестесом, чтобы присесть за моей спиной. – О, они ещё не в курсе?
– Не успела рассказать, – вздохнула я. – Парни, надеюсь вы поймёте. Кассиэль привёз меня с Земли и сделал своей женой. Я не ишим, а человек. Печатница высшего демона Лилит.
– Это… как? – первым отмер Тирос.
И я пустилась в нудные объяснения, подкрепляемые колкими комментариями Уриэля и самой Лилит. Потом был краткий рассказ о моих сложных отношениях с бывшим мужем, проблемах с Азазэлем, мы даже коснулись темы напряжёнки между мной и Гезарией. А потом перешли и к рассказу о том, что произошло всего час назад.
– Повезло Метатрону, – заключил Уриэль, когда я подошла к завершению эпоса о своей жизни в Эдеме. – Мог же тебя забрать и попасть, как все мы. Да и мы бы попали, пришлось бы защищать щит и от тебя, – и откровенно расхохотался, пока я пыхтела от негодования.
А потом к нам ворвался и Кассиэль, оценил взглядом нашу шумную компанию, которая теперь переключилась уже на еду и вино, хмыкнул и присоединился. Мне пришлось поведать историю столкновения с Метатроном во второй раз. Благо, бывший муж лишь поинтересовался моим состоянием и ушёл, ведь полностью удовлетворил любопытство. Но мне было всё равно, его появление не могло испортить царящей между нами доверительной атмосферы. Мой центурион принял правду обо мне. Впрочем, эдемцы в целом не испытывали ненависти к людям. Демонов, конечно, недолюбливали, но как монстров из сказок, а не что-то реальное. Только было и грустно, все понимали, что я решилась на откровенность, потому что нам предстояло расставание.
