А я наконец добралась до прикроватной тумбы. Рука метнулась к продолговатой золотистой пластине, только цели не достигла. Воин оказался не таким тупым, как выглядел. Выхватил кинжал из ножен и метнул его. Лезвие болезненно скользнуло по тыльной стороне ладони. Артефакт выпал на пол, из раны потекли струйки крови. А похититель решил больше не церемониться и двинулся ко мне. Я прижала ладони к груди, пытаясь изобразить дрожь. Но когда он приблизился, занося оружие для прямого удара эфесом, выбросила руку вперёд, активируя браслет. Не настолько расслабилась, чтобы спать без оружия. Инфернец на реакцию не жаловался, сразу отпрянул. Так что кончик моего меча только на пару сантиметров вошёл в его живот, лишь слегка пропоров доспех и явно не причинив никакого вреда.
– Ах ты… – гневно рыкнув, он бросился в атаку.
И не собирался меня недооценивать, что очень расстроило. Приходилось отбиваться в полную силу, ещё и подтягивать длинный подол сорочки из местного аналога шёлка. И почему, спрашивается, я не просила пошить мне пижамы?
Ей легко говорить, а инфернец целенаправленно теснил меня к препятствиям, пользуясь тем, что я одета совершенно не для боя. И вообще, какого демона за рафинированной женой серафима отправили такого хорошего воина? Я же еле отбиваюсь. А мужик явно распаляется всё сильнее из-за моих проблем с юбкой.
– Ох, что же это… – в дверь спальни просунулась голова испуганной Риани.
Видимо, она услышала звон мечей и решила проверить.
– Беги! Зови на помощь! – прокричала я ей.
Инфернец, пользуясь секундами моего отвлечения, рванул в атаку. Мощный удар в плечо буквально бросил меня назад. Я с громким вздохом рухнула в постель. Он запрыгнул на кровать, вновь намеренный вырубить меня эфесом. Но был вынужден прикрывать пах от подлых девичьих ударов ногами. Я сумела отпинаться и перекатиться в сторону. Кульбиты завершились моим падением на пол. Выругавшись под нос, я вскочила на ноги и развернулась к противнику, сжимая меч в руке. Но время поджимало, скоро должна была появиться охрана, потому инфернец рискнул обратиться к энергии. Меня снова снесло с ног, отбросив к противоположной стене. Громко кашляя, я распласталась по полу, выронив меч из руки. Легионеры тем временем ворвались в мои покои, но инфернец толкнул кровать к двери, не давая той открыться и впустить помощь в спальню.
– Сколько с тобой сложностей, – неприязненно пробурчал мужчина, подходя ко мне. – Легче убить, – хмыкнул задумчиво, поднеся кончик лезвия к моему горлу.
Время на раздумья не оставалось, ни у меня, ни у инфернца, но вдруг пришла внезапная помощь. Через открытые двери балкона влетел Кассиэль и сразу бросился в атаку на врага. От серафима волнами исходила энергия, но он показывал меньший уровень, чем ощущался во время убийства огромной твари у щита. Из ран на его груди сочилась кровь. Он выглядел бледнее обычного и, кажется, сражался на одной ярости и подпитке резерва. Инфернец тоже это понимал, потому создал перед дверью барьер, не пропуская других легионеров, и начал напирать на Кассиэля. В том, что он хороший воин, я успела убедиться на собственной шкуре, потому не собиралась проверять, кто одержит верх в этом противостоянии. Тем более Кассиэль хоть и тиран, но уже как-то свой, а от инфернца не приходилось ждать ничего хорошего.
Подскочив на ноги, я подняла меч с пола и рванула к повернувшемуся ко мне спиной врагу. Он начал было оборачиваться, но предпринять ничего не успел. Лезвие вонзилось в его бок, отчего он не сумел блокировать удар уже Кассиэля. Серафим в один широкий взмах меча отсёк врагу голову. Тяжёлое тело рухнуло между нами на пол, изливая потоки тёмной крови. Кассиэль тяжело опустился на колени, прижимая ладонь к ране на груди. Его меч опустился в лужу крови.
Глядя на мужа в прострации, я приблизилась, вдруг поняв, что резерв полон, и атайя на меня не воздействует. Кассиэль тоже это осознал, вновь попытался приподнять меч, но я наступила на лезвие, поднеся своё оружие к его горлу. Я могла убить его, отомстить за всё, что он сделал. Атайя мне не мешала, но… он только что спас мне жизнь. Прилетел раненым, сам подставился под удар, чтобы уберечь меня. Кем я буду, если воспользуюсь моментом его слабости?
Меч развеялся, я приблизилась к изумлённому Кассиэлю и протянула ему руку.
– Бери, – произнесла опустошённо.
– Натали…. – прошептал он в неверии.
– Бери, говорю, пока я добрая.
