Между ними и беглецами, было сажен пятнадцать. Свистнув, стрела ударила, в защищенное железной пластиной, правое предплечье вожака разбойников. При таком ударе, удержаться без седла, на крупе скачущей лошади — невозможно. Алкун тяжело рухнул на землю, подняв облачко пыли из сухого мха.
Улада скакала первой, поэтому падения атамана не заметила. Икутар пустил Вия за ней следом. Ольга, не торопясь, направила Бутона в сторону Алкуна. При её приближении, тот уже твердо стоял на ногах, сжимая в руке меч. Ольга спешилась, оставив лук возле седла, тоже обнажила меч.
Алкун, конечно, узнал своего смертельного врага. По вине, которого, как он считал, испытал унижение, лишился уха, потерял место в дружине и совершил смертоубийство своих боевых побратимов. И вот он случай, отомстить этой сопливой отроковице за все, что ему пришлось испытать!
Помня результат недавнего поединка, сейчас он спешить не будет, не полезет на рожон! В руке надежный меч, за сапогом острый нож, за поясом, добытый в деле кинжал!
Посмотрим, как ты сейчас помашешь ногами, как попрыгаешь вокруг него! В мелкие кусочки изрублю сучку! Но сначала, заставлю помучиться, повыть! Молить его о прощении, кровавой змеёй поползать в ногах!
Душа заходилась от злобы, очи жгла ярость, из уст начинала вытекать зеленая пена. Страшен, в этот миг, был недавний собрат по дружине!
Забыв про только что им запланированную осторожность, издав звериный рык, бешеным вепрем ринулся к воительнице. Ольга, чуть присев, ждала атаку. Шуйцу холодил перстень, очи превратились в желтые щелочки, десница с мечом, выставлена вперед!
Алкун рубанул со всего маха. Если — бы на пути встретился клинок врага, то был бы перерублен, как сухая лучина! Но он не встретился, меч рассек только воздух. Воительница успела уйти с линии атаки.
Повторный взмах — и тоже мимо! Еще попытка — мечи лишь слегка соприкоснулись. Замах — удар, замах — удар, замах — удар! Из под клинков летели искры, но булат, бойцов не подводил!
Пропустив, после очередного, бешеного маха, над головой меч Алкуна, Ольга сама перешла в атаку. Ушла чуть в сторону и вперед, присела почти на колени и рубанула снизу вверх. Кисть десницы атамана, вместе с мечом, отлетела в сторону!
Алкун еще тупо пялился на кровавый обрубок, как воительница, не останавливая движения клинка, мгновенно переместилась ему за спину. Чуть изменила направление разящей молнии и меч опустился на незащищенную шею ненавистного убийцы! Какое — то мгновение, уже безголовое тело, держалось на ногах, но потом грузно рухнуло в пыльный мох. Вот и все!
Ольга, остывая, обвела вокруг взглядом. Как во сне, увидела отца, стоящего возле трех лошадей. Сидящего возле него, Луку с открытой пастью. В стороне — стоящую на коленях Уладу. И тут до неё дошло, заполнила голову страшная мысль! Я только что впервые, УБИЛА ЧЕЛОВЕКА!
Опустилась на колени, склонила голову и мысленно, обратилась к богам. Так она простояла долго. А когда встала с колен, поняла, что в душе раскаяния нет! Наоборот! Было удовлетворение, как от хорошо сделанной работы!
Подошла к трупу Алкуна, с трудом перевернула его на спину и вытащила из — за пояса, семейную реликвию Никомота. Вот теперь, она свой долг выполнила!
Дружинники плотной толпой обступили место схватки. В первом ряду стояли князь и тысяцкий. Ольга только поднялась с колен, и Роман поднял вверх десницу. Воины, под боевой клич, трижды салютовали мечами о щиты. Так исстари приветствовали победу побратима.
Князь тронул коня и выехал на сажень из общего строя. Ольга, стояла перед ним, с кинжалом Никомата в руке. Роман был краток:
— Мы навсегда твои, ты — навсегда наша. Я, по — моему, это уже вещал, но не стесняюсь повториться! — Обернулся: — Слава воительнице! — Гридни ответили: — Слава! Слава! Слава!
В лагерь, к реке, вернулись под вечер. Настроение у всех было приподнятым. Вяхирь, выйдя из леса, доложил, что потерь у него нет. Один легко пораненный. С собой привели еще троих полоненных. При подходе к реке повстречались с отрядом следопытов. Они похвалились захватом заимки и пятью плененными татями. Строения в разбойном логове были сожжены, а все, что хранилось в складских амбарах, вывезли, погрузив на шесть телег. Обоз у отряда увеличился. В поход шли с тремя кибитками, возвращаться будут с девятью.
Отправили голубя Михею. В послании предписали: посольству, в полном составе, завтра поутру, отправиться в обратный путь. Остается в Игрице только сотня Унибора. Встретится посольство с князем — на Ивельском тракте. Михею, ждать посадника и сотню Вяхиря — в городище.
Накатывалась последняя ночь князя у речных ворот. В лагере горело с десяток костров. Домотканые скатерти были разостланы, осталось, выставит на них еду. Кухари, мокрые как мыши, носились от кострища к кибиткам и обратно. Князь решил устроить прощальный пир! Захваченных у разбойников припасов еды, велел не жалеть!
