Короткий зимний день давно перевалил за середину. Мороз ослаб, но повалил густой снег. Крупные снежинки цеплялись за ресницы, таяли на лице. На усах и бородах гриден появились сосульки. Не сладко приходилось и лошадям: у них сосулек в гривах и хвостах, было значительно больше. При движении они тихонько позванивали, и колона стала напоминать зимний, свадебный поезд, увешанный колокольцами. Не хватало только задорных, венчальных песен. Ход еще больше замедлился, от того, что сильно упала видимость.
Но все и плохое и хорошее, когда — нибудь, да заканчивается: голова колоны — вышла на тракт! Об этом, опять же зажженным факелом, оповестил проводник. Напряжение, овладевшее дружину — схлынуло, лица повеселели, голоса зазвучали громче, послышались соленые шутки — прибаутки.
До ближайшего постоялого двора, оставалось три версты, но там они останавливаться не собираются. Там Зычко разместил на постой сотню Хазмата. Да и как можно разместить тридцать пять сотен воинов на постоялом дворе? Если только Княгиню и остальное воинское начальство?
Но так в Ивельской дружине принято не было. Командиры должны жить в тех же условиях, что и обычные гриди! Но этот вопрос не сильно волновал княгиню и воеводу. Народ в поход шел обученный, неоднократно всем гридям приходилось после занятий на дружинном поле, ночевать в снегу. Тем более что мороз не лютовал, а сугробы были приличные: есть куда зарыться. У каждого воина была заготовлена кошма из бараньей шкуры. Завернулся в неё — и в снежную нору. Спишь себе, как в топленой избе. Лепота!
Подъехал проводник, сын купца Анисима — Фрол. Как и договаривались, он возвращался домой. Со своей задачей — довести войско до тракта, он справился.
Ольга его поблагодарила и тепло распрощалась: дальше они сами. С тракта не съедешь!
Возле постоялого двора Княгиня и воевода задержались. Пока горцы разгружали с обоза еду для сотни, она беседовали с Хазматом. Устроились они не плохо: все разместились в отапливаемых помещениях. Хоть и тесновато, зато в тепле! В обе стороны тракта, выставили круглосуточные секреты. Теперь они видят всех, кто движется по тракту, их — никто.
Прощаясь, оставили сотнику клетку с тремя почтовыми голубями. Поскольку он письму не был обучен, договорились, что он будет высылать почтаря только в случае опасности для дружины. Сам его прилет и будет сигналом для войска, что следует ожидать неприятностей.
Поведение самого сотника, никаких подозрений и настороженности не вызывало.
Снежную пещерку для Княгини, выкопали двое гридней их сотни Симака. На дно постелили толстую подушку елового лапника, на него положили несколько бараньих шкур. Ольга завернулась в кошму из медвежьей шкуры и с трудом протиснулась в узкий вход зимнего убежища.
Заснула — мгновенно: все — таки, предыдущие ночь и день, выдались хлопотными. Снов не видела и проснулась вполне отдохнувшей и в хорошем настроении. Первая в её жизни снежная ночевка, ей даже понравилась. Во всяком случае, холода она не испытала.
Утро выдалось блеклым, слегка туманным, но низкие тучи, новым снегом не баловали. Была уверенность, что день будет ясным. Вкусно пахло луком и мясом от котлов, в которых кухари готовили горячий завтрак. Перед едой, каждому гридню досталось по большой кружки огненного сбитня. После ночи, это было, как нельзя кстати! С тем и другим, Ольга расправилась быстро и с большим аппетитом.
Тракт был насыпной и поэтому, слегка возвышался над местностью. Снега на нем была самая малость: его сдувал ветер на обочины. Чтобы укоротить длину колоны, перестроились по шесть всадников в ряду. Ширина тракта, этому построению, позволяла.
Ольга помнила, что до Гарды, с этого места — три дня конного пути. Но имея под копытами такой твердый тракт и сменных лошадей, надеялась сократить время в пути на треть: до двух дней. В голову колоны стал сотник Рокша, который в конце осени, ходил в разведку, именно по этому тракту и отлично знал все особенности дороги. Он и задавал скорость движения всему войску. С дробным стуком копыт, по промерзшему полотну тракта, на рысях дружина пошла вперед. Пройдя буквально несколько верст, её догнал посыльной из обоза. Доложил, что они стали отставать и что им в хвост, за последней кибиткой, пристроился догнавший их — Лука.
Княгиня отдала распоряжение Рокше, немного уменьшить прыть, а обозу — постараться далеко не отставать. Весть, что Лука с ними, её обрадовала.
Скорость движения колоны упала, но все равно, оставалось приличной. Встречный ветер, вновь заставил гриден, укрыть лица шарфами.
Ближе к вечеру, миновали еще один постоялый двор. Издали он казался необитаемым. Это подтверждал нетронутый снег вокруг ограды. Ни одного следа между трактом и постройкой! Возле него задерживаться не стали.
Верст через десять, их взору открылась неглубокая балка, поросшая редкими молодыми елками. Отличное место для ночлега: глубокий снег, полное безветрие и подстилочный материал в наличии. И от посторонних, случайных очей — скрыты!
