– Он хочет их убить?
– Нет, Альфа говорил, что хочет сделать их похожими на нас.
– Так нельзя! Они же еще маленькие. Им должно быть семнадцать.
– Альфа так любит детей-полуволчат, поэтому хочет, чтобы их было больше?
Вопросы детей сыпались градом. Энзо приподнял ладонь – дети тут же замолчали. Они с Каей переглянулись.
– Повтори, что ты сказал про мой голос в твоей голове?
– Не знаю, как у тебя это получилось, ведь ты человек, но мне был слышен твой голос с этими словами, – повторил мальчик.
– И мне! – подхватила девочка.
– И мне! – подхватила вторая.
Все дети признались, что слышали Энзо.
– Почему так? Не может этого быть. Ты не полуволк. К тому же, только у самых сильных полуволков получается обмениваться мыслями будучи в человеческой форме, – недоумевал Олли.
– Меня кусали… в детстве. Но я не умер, и не перевоплотился, – признался Энзо.
– Ты не мог не… не умереть.
– Как видишь, у меня это вышло.
– Ну и кто же ты тогда? Гибрид? Недо-полуволк?
Энзо почесал затылок:
– Не знаю. У меня получается слышать мысли полуволков, и то довольно редко, но я не думал, что способен передавать их кому-то, кроме… – вовремя запнулся Энзо, но от Олли не ушла эта заминка.
– Кроме? – осторожно переспросил мальчик.
– Кроме Дэна. Он часто вселяется в мой мыслительный поток. Будучи и человеком, и волком. Я не знаю, почему так получается.
– Дэн очень сильный полуволк. Один их сильнейших. Если ты можешь слышать его и обмениваться мыслями, как человек, значит, ты на его уровне силы. Но это… невозможно. Ты же не полуволк… Не понимаю.
– Мне хотелось бы узнать ответы. Одна из многих причин, по которой я здесь. По которой мы ищем Малькома.
– Думаешь, Альфа знает?
– Кто-то же должен.
– Но как понял Дэн? Как он тебя раскусил?
Кая вмешалась:
– Скажу больше – идея с пожаром хижин не идея Энзо. Ее вселил ему в голову Дэн, столкнувшись с ним на улице.
Олли нахмурился еще сильнее. Вдалеке раздалось пение птиц, но умиротворяющее, а скорее похожее на насмешку. К нему примешалось карканье ворон.
Некоторые дети зажали уши.
– Решено, отдыхаем минут пятнадцать. Потом держим путь дальше, – продекларировал Энзо.
Расположившись как можно было уютней в подобных условиях под деревом, они принялись ждать. Пение так и продолжалось, Кая закрыла глаза и принялась разминать ноги. Некоторые дети начали за ней повторять. Однако, как только Энзо начал разминать шею – полуволчата принялись повторять за ним. Причем, абсолютно все.
– Ничего не понимаю, – смотря на это, покачал головой Олли, отряхивая белые одежды.
К слову, отдыхать долго не пришлось – город ждал. Ощутив невероятный прилив сил, хоть марафон пробегай, Энзо привстал. Прислушался – карканье ворон не прекратилось. Не может же оно быть просто так?
– Полуволчата, прислушайтесь. Кажется, мы должны идти туда, откуда слышны птицы.
Дети закивали, старшая девочка вышла вперед. Рот ее измазан ягодами, которые они сорвали с кустов, перевоплощаться Энзо пока не разрешал, поэтому питались как люди.
– Идем. Альфа приказал на пение птиц.
Этому просто не было никакого объяснения, поэтому Энзо загнал мысли куда подальше и постарался не обращать внимания на обеспокоенные лица Каи и Олли. Дети назвали его Альфой.
Его. Энзо.
Энзо знал, что в голове у Олли рождались некоторые догадки происходящего, но не спешил опрашивать подкидыша. Не время. Сейчас фокус на другом.
Они все так же шли на пение птиц, с каждым шагом оно становилось все ближе. Его мобильник давно разрядился, несмотря на это Энзо продолжал доставать его из кармана и нервно вертеть в руках – вместо сигареты. Он думал об Амелии, сам не понимал, почему именно в голове рисовался ее образ – такой неприступной и непоколебимой.
Спустя время дорожка сузилась до предела, и кроны деревьев стал пошатывать прохладный ветер. Казалось, что лес стал меньше, но собрать детей в кучу и обойтись без преждевременных травм удавалось – они слушались Энзо, словно голос разума.
– Птицы больше не поют, – вдруг произнесла одна девочка, вцепившись в руку мальчика постарше, кажется, брата.
И правда, звуки природы больше не были слышны. Однако, не успел Энзо переварить эту информацию – прямо над их головами раздалось громкое карканье. На дереве, что возвышалось над ними, сидела ворона. Вновь послышалось нежное пение – незнакомые ему птицы с белым окрасом и вытянутым клювом, которых в Патрии было пруд пруди, летали повсюду, будто боясь присесть рядом с вороной. Пошатнулись деревья, неприятный хруст утонул в завывании ветра, который, казалось, в эту секунду усилился, и все живое в этом лесу внезапно пришло в движение.
Небо захватили тучи, ни намека на солнечный свет. Тело Энзо покрылось мурашками.
– Что происходит? – возмутилась Кая, хватая детей за воротники и опуская их головы, хотя те наверняка переносили подобные природные изменения гораздо лучше нее.
– Энзо Приц… Или мне лучше сказать Безустанный?
Этот глубокий низкий голос заставил всех разом поднять глаза.
