– Не для меня, – перебил его Райдер. – Я делаю то, что умею.
– Или ты всё-таки надеешься сделать мир лучше?
На мгновение злая усмешка озарила красивое лицо.
– Может быть, что с того? Ты и твой клан – не тот мир, который мне хотелось бы спасти. Если ты хотел в чём-то меня убедить, тебе следовало взять пример с твоего дружка. Спросить, что нужно мне – а не говорить о том, в чём нуждаешься ты сам.
– Ты получишь всё, – спокойно ответил Мориган. – Я думал, ты понял это. Миллион, который он предлагал тебе – ничто. «Тагор Индастрис» приносит по двести миллионов в год. Можешь забыть о том, что деньги имеют счёт.
– Конечно, – злая насмешка в глазах Райдера заставила Лестера замолчать. – Вы сосчитаете их за меня. Мне достаточно просто быть. И верить всему, что ты говоришь. Нет, Мориган, так не пойдёт. Я не тот, кого ты называешь моим отцом. Мной ты не будешь управлять.
Он встал и, не оглядываясь, двинулся к выходу из бара.
Мориган не пытался его догнать. Он сидел, смотрел на свои руки и думал о том, что Райдер прав.
Вернувшись домой, Райдер уже не пытался уснуть.
Его частенько мучила бессонница по ночам, особенно когда на небе стояла полная луна.
С тех пор, как окончил школу, и вырвался на свободу, Райдер по большей части сидел допоздна, а то и вовсе ложился в шесть утра. Исключения составляли те ночи, когда он возвращался домой с «уловом», как сегодня. После охоты он и двигаться-то мог с трудом и даже если не спал, мог остаток ночи лежать в кровати, глядя в потолок.
Он думал о том, что услышал сегодня. О том, можно ли верить Моригану. И о том, что делать теперь.
Сомнений в том, что большая часть сказанного была правдой, у него не было. По крайней мере там, где речь шла о фактах.
Были сомнения в оценках, но продвинуться в поисках истины в этой области Райдер всё равно не мог.
Если вычленить всё достоверное из слов «советника», то шла война. Обычная война, какая случалась везде, где появлялись кланы, ставившие себя выше закона. Разница только в том, что вместо ножей у этих ребят были когти и клыки. «И это делает их сильнее меня», – мрачно думал Райдер. Последний вопрос беспокоил его больше всего. Он всё прикидывал, сможет ли справиться с оборотнем, но поскольку никогда не видел этих существ наяву – ответить себе никак не мог.
«Если этот Тагор – действительно мой отец. То я не могу быть слабее их. Очевидно, я тоже могу стать волком. Нужно только выяснить – как».
Мысли Райдера плавно переместились к амулету. Как наяву он видел тонкие ухоженные пальцы Моригана, державшие серебряную цепь. Мориган, черты его лица, движения сильного тела, спрятанного в броню формального костюма, взгляд льдисто-голубых глаз – всё это странно действовало на него.
«Этот человек опасен» – вопило на все голоса его волчье чутьё.
Он продолжал восстанавливать в памяти движения и непривычную ленивую пластику Моригана, пока не поймал себя на мысли, что личность этого человек интригует его куда сильнее, чем обещания защиты, денег и таинственный талисман.
«Хотя и деньги – это неплохо», – признал он, и Райдера накрыла внезапная злость. «Только не проклятые деньги этой семьи, чёртова Тагора, который использовал и выбросил твою мать».
Закончить мысль он не успел, потому что комнату огласил пронзительный звон, и осколки стекла хлынули на кровать.
Мориган сидел в машине, откинув голову далеко назад. За этот день он тоже очень устал. На то, чтобы найти Тагора-младшего, ушла почти неделя. Эта работа была привычной и простой. Но он сам не ожидал, что так тяжело окажется подойти к нему и завести разговор.
С самого первого момента, когда он только увидел этого человека наяву, Мориганом владело странное оцепенение. Страх держал его на расстоянии вытянутой руки. Он понимал головой, что это страх перед его отцом. Что этот человек перед ним – не Торвальд Тагор. Но избавиться от оцепенения, сковавшего тело, всё равно не мог.
Вынимая фотографии в баре, он чувствовал, как трясутся руки. Странное двойное чувство – он и не он. Ненависть, смутное ожидание, горечь – от понимания того, что это не тот Тагор. И страх – от мысли о том, что это всё-таки он.
За двадцать лет Лестер успел забыть, насколько важной была эта близость когда-то давно. Он привык боготворить Торвальда как господина, как сюзерена, которому он отдал себя. Почти перестал думать о том, что когда-то они были просто друзьями. Иногда Моригану казалось, что его сердце высохло изнутри и он больше никогда не сможет довериться, назвать другом кого-то ещё.
Одного мгновения разговора с Райдером хватило, чтобы старая рана открылась и чувства нахлынули нестерпимой, сметающей всё на своём пути волной.
Сердце, ставшее неожиданно ранимым, пульсировало, и каждая новая нотка в голосе Райдера отдавалась острой колючей болью.
«Всё будет так же», – убеждал себя Лестер, глядя в темноту и не видя ни подъезда дома, который собирался сторожить, ни идущих по улице людей. «Всё будет так же, и ты станешь просто тенью за его плечом». Старался и не мог убедить.
Пока грохот разбитых стёкол не вырвал его из собственных мыслей.
