- Вспомнила бабушка первый поцелуй, - Коготь убрал ножи и подсел к друзьям. - Мы Вам, вельможная паненка, в те годы не были представлены. А к Вашим уважаемым родителям имели некоторое недоверие. Кстати, они еще не были Вашими родителями.
- И что? - прищурилась девушка. - Это повод пройти мимо?
- Яволь, елибе фройляйн! - лязгнул Коготь.
- Во-первых, - сладко пропела Ядвига, - я не твоя девушка, а твоего брата. Во-вторых, это не повод. А в-третьих... - рука Ядвиги попыталась войти в соприкосновение с затылком наглого мальчишки. Как обычно, неудачно. - Не смей уворачиваться, когда я тебя воспитываю!
- Бить детей непедагогично, - хором сказали братья.
- Вас - педагогично, - возразила Ядвига. - Когда вы адекватные.
- А когда неадекватные? - опять хор.
- Опасно.
Все трое прыснули.
- Всё равно, нас к тебе не пошлют, - серьезно сказал Коготь. - Скорее всего, ушлют в Ельню, волхвам помогать.
- Ага, помогать, - скривился Медвежонок. - Они меня изучать будут. 'Скажите, молодой человек, что Вы чувствовали, когда первый раз обернулись?' - передразнил он. - Сказал бы я ему, что я чувствовал! За три года не наизучались!
- Вот и я о том, - кивнул Коготь. - Сначала до совершеннолетия, а потом и совсем запрут. Чтобы мы сами себя изучали. И не вырвешься, хоть князю челобитную бей.
- А я на вас заявку пришлю! Мы же Сварге союзники! Князь нам помогать должен!
- Князь никому ничего не должен, - Медвежонок откинулся на спину и внимательно рассматривал небо. - Но союзникам поможет. Если пана Мариуша на Раковский Стол крикнут. Только не двух мальчишек пришлет, а полусотню велетов. Взрослых. Чтобы любой рокош против пана круля за полчаса разметали. А ценный генетический материал предпочтет держать в пробирке. То есть в лаборатории...
- Кончай ныть, - взорвалась девушка. - И так тошно!
- Я не ною, - Медвежонок назидательно поднял палец. - Я констатирую факты. И, между прочим, лежу так, что не могу быстро убежать, даже если перекинусь. Так что у тебя есть шанс меня побить!
Ядвига хищно улыбнулась:
- Точно! Но у меня на сегодня другие планы. Я тебя сейчас поцелую!.. _______________ * Большой Камень - У нас на этом месте Урал. * Порожняк гонять - вести пустой разговор. * Маромойка - девушка, краснучая - красивая. * На мой прикид бабайка - старше меня (для меня старовата). * Шестерик - не двойка - в данном случае речь о разнице в возрасте. Ядвига старше Медвежонка на шесть лет. * Сбарабать жабера - здесь: найти мужа. * Свалехаться - влюбиться * Уже три года обещаешь. С самого Буга... (вент) * Ядзя, не обижайся (черс) * Хочешь, побей! Я не убегу (черс) * Может, ты и права (кроат) Глава 3
Фридрих фон Каубах, командор наконец-то возрожденной восточной резиденции Ордена Светочей Веры, даже не знал, радоваться ему последним событиям или огорчаться. С одной стороны, выход Ордена из опалы Капитула означал рост и его личного могущества. С другой - положение командора внутри Ордена теряло свою монументальность. Пока резиденция числилась владением фон Каубаха, ни о какой замене ее руководства и речи идти не могло. Теперь же...
Впрочем, особых оснований для беспокойства Фридрих не видел. Братья, хоть и не прятались более под личинами ягеров и кнехтов, по-прежнему считали себя обязанными командору, да и жалованье получали из его рук. Попробуй сейчас кто-нибудь сменить власть в резиденции, мигом познакомится с Очистительным Пламенем. Даже если окажется ландмейстером. Не зря же Герман фон Балк столь приветлив в общении с молодым фон Каубахом. Хотя, конечно, не следует забывать про стрелы наемных убийц, случайно оказывающиеся в бокале вина яды и другие несчастные случаи, от которых не защитит никакая охрана. Тем не менее...
Фридрих отвесил положенный поклон и замер, ожидая распоряжений. Или вопросов. Не просто же так ландмейстер выдернул командора воссозданной резиденции из гущи дел. Да еще принимает не в зале, а в кабинете.
- Итак, сын мой, - начал фон Балк, доброжелательно посматривая на приглашенного, - Орден отмечает Ваши заслуги в деле несения Святой Веры в массы... - ландмейстер запутался в хитросплетениях собственной фразы.
Риторика никогда не была сильной стороной Германа фон Балка, проложившего себе путь наверх мечом и огнем. И если ругать подчиненных и лебезить перед вышестоящими он более-менее научился, то хвалить... Впрочем, стоящий перед ним мальчишка ландмейстеру нравился. Дерзок, умен, предприимчив. Подл, конечно, до невозможности, но эту черту будет правильнее назвать честолюбием. Иначе в Ордене придется всех подлецами честить, особенно в руководстве.
Однако фразу надо было заканчивать:
- Одним словом, я тобой доволен, Фридрих! И хочу, чтобы ты возглавил важное дело, - фон Балк помолчал, задумчиво рассматривая собеседника. Сесть, однако, не предложил.
Командор подобрался, почуяв серьезность темы.
