- Разумеется, - твердо ответил Рельни. - Эсселвиль велик, но нам с товарищами нашлось место только с Лисьем логе. Если есть на свете место, где никого не волнует, кто ты и откуда родом - то оно находится здесь. В Древесном городе готовы принять каждого, кто может держать меч и драться с гвиннами. Когда мы оказались в Эсселвиле, нас было сто двадцать человек, считая и латников, и моряков. А сейчас нас осталось двадцать восемь. Конечно, местных тоже постоянно убивают. Но до того момента, как король вернулся, большинство людей предпочитали жить обычной жизнью, как и до войны. Сажали хлеб, мирились с непомерными налогами и с бесчинствами гвиннской солдатни, короче говоря - старались как-то выжить.
- Вполне объяснимое желание, - заметил Крикс.
- Да, разумеется. Но на деле это выглядело так: соседскую жену и дочку изнасиловали, а самого соседа вздернули за то, что он вел возмутительные разговоры?.. Очень жаль, конечно, но что я могу поделать? Да и вообще, если бы он вел себя осторожнее - то ничего бы не случилось. Надо тише, надо никуда не лезть, и тогда все будет в порядке. А если начать вступаться, возмущаться, или даже просто вытащить соседа из петли, чтобы похоронить - так меня самого повесят, а у меня, между прочим, дети... Приходим в деревню - полусгнивший труп болтается перед воротами. Снимаем сами и хороним - местные толпятся в стороне и смотрят. Молча, понимаешь?.. Меня просто злость брала - мы здесь сражаемся за их свободу, пухнем с голоду, хороним собственных друзей, а у них там одна забота - как бы сделать вид, что ничего не происходит. Якобы их вообще никто не завоевывал... а мы здесь так, горстка буйнопомешанных, которые сами придумали себе эту войну и лезут на рожон. А кто-кто вообще винил нас во всех бедах. Например, кому-нибудь из молодежи надоест, что гвинны могут творить с ними все, что захотят, и не считают айзелвитов за людей - и он сбегает в Лисий лог, а гвиннские солдаты устраивают карательный рейд в его деревне. И, конечно, те, кто уцелеет, кроют нас последними словами. По большому счету, гвинны только потому и удержали власть над Эсселвилем, что сумели внушить людям, что сопротивление бессмысленно. Что бы с тобой ни делали - утирайся и молчи, не мути воду, а то будет хуже. Но в последнее время что-то изменилось. Люди почувствовали надежду...
"Как бы эта надежда не завела всех в беду" - подумал Крикс. А вслух спросил:
- А могу я увидеть короля?
- Это решать не мне. И, в любом случае, сначала тебе нужно встретиться с Атрейном. К счастью, он давно планировал наведаться сюда. Я расскажу ему о том, кто ты такой, и он решит, как с тобой поступить. А до тех пор ты должен оставаться здесь, в Древесном городе.
- Хочешь сказать, что я в плену? - приподнял брови Крикс.
- Не то чтобы "в плену"... - уклончиво ответил Рельни. - Попытайся нас понять. Мы должны быть предельно осторожными. Я поручился за тебя, поэтому тебе оставили твое оружие и позволили беспрепятственно ходить по лагерю. Но это все, что я могу для тебя сделать. Будь ты просто парнем из деревни, который сказал бы, что он хочет драться с гвиннами - тебя бы проверяли так же, как всех остальных. Но ты...
- А как вы проверяете всех остальных? - заинтересовался Крикс.
- Мы не пропускаем их через границу, пока они не докажут, что способны приносить какую-нибудь пользу. Чаще всего мы даем им поручение в ближайших деревнях. Иногда поручений может быть и два, и даже три - пока мы не удостоверимся, что это не какой-нибудь подсыл, который хочет выведать наши секреты.
- А если ваш доброволец попадется - то его повесят, - вставил Крикс.
- Да, разумеется. Я понимаю, со стороны это звучит жестоко, но у нас нет выбора. К нам иногда приходят сущие дети - лет двенадцати-тринадцати. Приходят молодые девушки, и женщины, и даже старики. Некоторые из них действительно хотят сражаться с гвиннами, а некоторые - просто найти убежище, в котором гвинны не имели бы над ними власти. Но мы не община Милосердия и не странноприимный дом. Даже если бы нам не приходилось постоянно опасаться шпионов Олварга, мы все равно бы не смогли принимать к себе любого, кому больше некуда податься. Все, что мы можем - это постараться давать каждому такое поручение, с которым он - хотя бы теоретически - способен справиться.
- Понятно. Значит, остается только ждать Атрейна. Когда он приедет?
- Я не знаю. Может быть, через неделю. Или через две...
