Крикс промолчал - и Рельни, сдавленно вздохнув, ушел, а оставшийся в одиночестве "дан-Энрикс" подбросил в костер еще несколько веток. К вечеру в лесу похолодало - воздух стал промозглым и сырым, а от оврага расползались клочья серебристо-белого тумана. Крикс никак не мог отделаться от странного, ничем не обоснованного ощущения, что из промозглой темноты за ним следит чей-то недобрый взгляд - и этот кто-то терпеливо дожидается, пока "дан-Энрикс" не уйдет.
Поэтому южанин и не собирался уходить.
Все тело Меченого затекло от долгого сидения на коленях. Учивший его мастерству Неэри Астер мог просиживать в подобной позе целые часы, а в случае необходимости вскакивал на ноги бесшумным и почти неуловимым для глаз наблюдателя движением. Для Крикса до сих пор осталось тайной, как Астеру это удавалось. Сам он чувствовал себя так, как будто бы его отколотили палкой. Кости ныли, а затекшие мышцы отзывались на любое движение тупой болью.
Меченый потрогал руку Эвро. Ему показалось, что кожа раненого уже не была такой ледяной, как несколько часов назад. Пульс тоже выровнялся, и "дан-Энриксу" хотелось верить в то, что это добрый знак. Пока они несли разведчика до лагеря, по телу Эвро то и дело пробегали судороги, словно у больного "черной рвотой", но потом он перестал шевелиться, а все его тело начало мало-помалу коченеть, как будто Эвро уже умер - хотя слабый пульс доказывал, что парень еще жив. "Что нужно делать?" - спросил Рельни, явно ожидавший от "дан-Энрикса" каких-то четких указаний. Этот тон заставил Меченого ощутить очередной прилив беспомощности. Сюда бы сейчас магистра из Совета Ста... или хотя бы Рам Ашада... Хотя оба, вероятнее всего, сразу сказали бы, что тут уже ничем нельзя помочь. Меченый наклонился и оттянул раненому веко. Белки глаз казались посиневшими, а неподвижные зрачки расширились настолько, что стало почти не видно светлую, орехового цвета радужку. Крикс только мельком посмотрел разведчику в глаза, но ему все равно почудилось, что его самого засасывает в черный ледяной колодец.
"Нужно развести огонь", сказал он Рельни. Тот, по счастью, не стал колебаться и ссылаться на имевшийся на этот счет запрет, а просто послал своих разведчиков за хворостом.
Лесную нечисть вроде фэйров отгоняют факелами - вероятно, потому, что всякое пламя отчасти напоминает Очистительный огонь, зажженный Альдами в Начале всех времен. К несчастью, "кромешникам" простой огонь не страшен. Но у Крикса был Ривален, который имел свою собственную память - значит, должен был сохранить воспоминания об Очистительном огне. Эти воспоминания необходимо было только разбудить... Крикс подошел к огню и поднял меч над пламенем, глядя на то, как на широком серебристом лезвии пляшут оранжевые сполохи. Если в мече, созданном Альдами, действительно жила Тайная магия, то она должна быть сильнее магии Безликих.
У Крикса не было уверенности в том, что найденный им способ хоть чего-то стоит, но он решил, что, если Истинная магия и впрямь парадоксальна, то это вполне бы соответствовало ее духу - создать меч, который может послужить не для убийства, а для исцеления.
Меченый промыл рану на спине разведчика, приложил к ней лезвие меча и закрепил его повязкой, как шину на сломанной руке. Столпившиеся вокруг Эвро айзелвиты выглядели несколько разочарованными. Лагерь уже облетела новость, что "дан-Энрикс" оказался магом, способным прогнать троих адхаров разом, и теперь все явно ожидали, что он станет произносить какие-то заклинания или чертить узоры на земле.
- Это все? Или тебе еще что-нибудь нужно?.. - спросил Олметт, выражая всеобщее настроение.
Несмотря на всю серьезность положения, "дан-Энрикс" чуть не улыбнулся, на мгновение вообразив, как вытянется лицо Олми, если он потребует принести ему волосы утопленника или высушенное крыло летучей мыши. Хотя, может быть, присутствующие восприняли бы это пожелание как должное. Простые иллирийцы вроде Олми всегда отличались богатым воображением, а уж в такой стране, как Эсселвиль, где вовсе не существовало Одаренных, непременно должна была расплодиться куча всяких диких суеверий, касавшихся магии.
- Мне нужно два... а лучше даже три теплых плаща, - ответил Меченый, чуть-чуть подумав. - Эвро должен лежать в тепле. Еще мне нужно столько хвороста, чтобы можно было поддерживать огонь, пока он не придет в себя.
С тех пор хворост ему приносили постоянно - вероятно, в этой части леса уже не осталось ни одной валявшейся на земле ветки. Некоторые из добровольных помощников даже предлагали сменить Крикса и посидеть рядом с Эвро за него, но Меченый отказывался. Это он призвал на помощь Истинную магию - а значит, он должен остаться здесь до самого конца.
