В десять часов вечера Валентин шарился на кухне. Решил устроить “ночной дожор” и полез в недра холодильника за колбасой. Чуть не разбил только что вытащенную тарелку, когда услышал в ночи протяжные завывания на низких нотах. У него аж волосы на затылке встали дыбом и кровь заледенела. Валентин сначала осторожно выглянул в коридор, потом, пригибаясь, прокрался в спальню. Серый сидел на постели спиной к двери. От лежащего на кровати плеера к его ушам тянулись тонкие проводки наушников. Он медленно и сосредоточенно расчесывал и переплетал косу перед сном и при этом пел что-то на английском. Пел самозабвенно, с завываниями, вибрируя голосом, умело переходя с низких на высокие тона, вытягивая гласные. Только через несколько минут “концерта” Валентин понял, что Волк оказался ярым поклонником блюза.
Birds flying HI-I-IGH you know how I FE-E-E-EL!
Sun in the SKY-Y-Y you know how I FE-E-EL!
BRE-E-E-EZE driftin’ on BY-Y you know how I feel!
It’s a new dA-A-Awn,
It’s a new dA-A-Ay,
It’s a new LI-I-Ife
For me
And I’m fE-E-E-Eling good!(2)
“Интересно, как соседи реагируют на волчьи концерты? – Валентин в раздумьях потер щеку ладонью. Ладонь вкусно пахла сырокопченым. – Может, у него тут звукоизоляция стоит?”
Он постоял, послушал глубокий эротичный голос Серого, вызывающий непреодолимую тяжесть в паху, и потихоньку удалился обратно в кухню. Только что он стал свидетелем очередного таинства загадочного Волка, но решил не говорить ему об этом.
- Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш! – шипит вода в душе.
А вот этот случай Валентин до сих пор вспоминал с замиранием сердца. При мысли о той ночи в его душе желание в равной пропорции смешивалось с животным страхом. В пятницу он остался ночевать в “логове”. Проторчал в ванне минут двадцать, напарившись, обернулся полотенцем и вышел. В квартире была сплошная темень, только свет от фар проезжающих мимо дома машин освещал его путь по коридору. Валя уже почти дошел до спальни, когда полоса света пронеслась по стене коридора, выхватив на мгновение из тьмы неподвижный силуэт. Валентин замер в испуге. Совершенно обнаженный Серый, не шевеля ни единым мускулом, стоял в коридоре. Даже дыхания его в полной тишине не было слышно. Серые глаза хищника блестели первобытным голодом. Вдруг Волк шевельнулся и сделал шаг вперед. Если бы Валя не был так напуган, он бы, наверно, не купился на эти его движения, но он действительно испугался… И невольно отступил, попятился назад. Волк сделал еще один шаг вперед, а Кролик – снова шаг назад. Волк зарычал угрожающе. А Кролик резко развернулся и побежал. Он домчался по коридору до кухни, слыша за собой легкие и стремительные шаги смерти, обежал вокруг большого кухонного стола и понесся через открытые двери в гостиную, кабинет, тренажерку и спальню, обогнул кровать по дуге и снова понёсся по коридору. Волк настиг его в гостиной на втором кругу их марафона, когда Кролик уже давно потерял полотенце и начал задыхаться. Он повалил Валентина на толстый ковер, притиснул всем телом к его мягкой поверхности. Оскалился довольно, ощущая, как под рукой бьется отчаянной пичугой сердце Вали.
