А ее… избранник — что ж, пусть смотрит. Король Тенмара и пальцем не тронет илладэнского принца. Разве что для его же безопасности в крепкие, тяжелые цепи закует. В магические. Чтобы еще чего не выкинул…
Лишние проблемы с его отцом сейчас не нужны совсем.
А что глупый мальчишка сбежал с чужой невестой — так то его вина, а не короля Тенмара. Тот честно оставил преступника в живых… На те год или меньше, чем отпущены сопляку после смерти его лингардской шлюшки. Раз уж он сдуру в нее влюбился. Настолько, что сдуру наплевал на интересы собственной семьи.
Еще хуже, что нельзя наказать ее так, как она действительно заслужила — за измену. Славные воины Тенмара давно заслужили развлечение. Но придется им удовольствоваться смазливыми горожанками. И окрестными крестьянками. Или жрицами храмов — всё равно тут не религия, а позор один.
А дочь
Отправлять в смертники никого из верных рыцарей незачем. Как и простых ратников. Даже чтобы отомстить подлой девке.
Зато и Изольда теперь связана навек. Никогда ей не разделить постель ни с кем, кроме Арсена. Так что волей-неволей придется хранить верность.
Пусть это станет дополнительной цепью. С дочерьми Гвенвифар Драной Кошки лишним не будет ничто. Еще бы лучше держать Изольду связанной по рукам и ногам до конца ее дней. И с кляпом во рту.
Увы, тогда она отправится в Бездну Льда и Пламени быстрее, чем родит. А такого допустить нельзя.
А вот следить — придется. Изольда — дочь Лингардской Ведьмы. Для такой жизни любовников — жалкий песок на ветру. Не принесла бы еще в подоле грязных бастардов!
Глава десятая.
Лингард, Белый Город.
1
Злой старик явился сюда. Он уже убил всех, кого смог, а сейчас уничтожит и оставшихся. До кого не успел дотянуться прежде.
Мама проиграла. В детстве она учила дочерей политике за ратной доской. Изольда была лучшей и в этом. Потому что ее растили королевой. А Тариану — рядовым ратником. А у него нет шансов — если, конечно, не дойдет до одиннадцатой линии. Тогда ратника снимают с доски, а вместо него ставят новую королеву. Он всё равно погибает, но зато приносит победу своим. Его жертва обернется триумфом.
Почему до сих пор об этом не задумывался никто? В этой игре победитель получает смерть. И победить способен лишь тот, кому не жаль жизни. Кому уже больше нечего терять.
Жестокие враги нетерпеливо ждут — там, на городской площади. Подлый и безжалостный завоеватель уничтожил королеву и теперь жадно ест фигуры помельче. Их ведь остается так мало… вот уже еще меньше.
Тариана торжествующе рассмеялась. Так, говорите, игра проиграна, да? А у вас тут уже вражеский ратник — на десятой линии. Пока вы жрете фигуры — уже занес ногу над одиннадцатой. Протянул руку за смертью.
За возрождением королевы.
Пропустили. Прохлопали ушами.
Никогда нельзя недооценивать рядовых ратников — говорила мама. Потому и побеждала.
2
Подлую девку уже приковали к помосту. Она даже не сопротивлялась. Но не потому, что наконец осознала свою порочность и неблагодарность. Такие ничего не осознают — даже под собственный смертный вой. Так и подыхают — уверенные в своей правоте и невинности.
Решила не драться из гордости? Все-таки жаль, что ее не пропустили сквозь длинный строй славных воинов Тенмара. Сейчас знала бы свое место.
Или не дергается из жалости к любовнику? То есть — ах да, муженьку. Илладэнскому слабосильному сопляку со свежей смазливой рожей, на кого Лингардская шлюшка посмела променять самого короля Тенмара.
Неважно. На жарком костре верещат все. Рано или поздно. Даже самые стойкие и гордые. Тенмарский Дракон сжег уже достаточно, чтобы в этом убедиться.
Достаточно. В том числе, и собственноручно. Собственноогненно. И далеко не всех — быстро. Не все такое заслужили.
Глупая толпа молчит. Уверены, что теперь в Лингарде настал светлый Ирий. К власти пришел «настоящий мужик» — как в других странах. И теперь потекут молочные реки в кисельных берегах.
Ну что ж — помечтайте.
Герольд н всю плозащь читает приговор. Не спеша, с достоинством.
Толпа черни пьет, жрет, чавкает, возбужденно шумит. Ждет. Без тени достоинства. Чего ждать от королевства, где правили какие-то там бабы?
Впрочем, чернь одинакова везде.
Кусает губы Корделия. Вот-вот расплачется ее братец. Единственный наследник титула — графского. И такое ничтожество. Трусливое и жалкое. Хлеще илладэнского мальчишки.
Каменной статуей застыла Изольда. Арсену от нее в постели радости будет немного. Но для такого у него есть его крестьяночка. Ну, не совсем так, но близко. Дочь мелкого рыцаря.
А от ледяной ведьмы требуется лишь одно — молчать, рожать и вовремя отправиться в Бездну Вечного Льда и Пламени.
— Почему нет четвертой сестры? — повернулся Дракон к верному вассалу. — Я хочу видеть всех.
— Услышав, что ждет Илейн, Тариана обезумела окончательно. Ее лучше не показывать людям.
Тем лучше. Силу у безумной забрать проще. И по-тихому увезти ее из Лингарда — тоже.
