Воспользовавшись моментом, генерал подхватил вождя и потащил назад к порту. Вождь постоянно оглядывался на помост императора. В порту он внезапно остановился.
– Это был наш единственный шанс… – он выронил щит и уставился на помост, где император поднялся с колен и наблюдал за бойней в торговом квартале и порту.
– Наш единственный шанс – это бежать, и бежать сейчас же! – крикнул генерал, увлекая вождя за собой.
– Зачем? – вождь в апатии отбросил руку генерала и вновь взглянул на помост. – Все тщетно… Мы все потеряли…
Генерал схватил его и поволок за собой. Южане бежали назад к кораблям.
Они добрались до порта, но большинство кораблей пылали. Один корабль отшвартовался прямо у них перед носом.
– Стойте! – закричал генерал. – Перед вами вождь юга! Стойте, псы!
– Нет больше юга, юг разбит, – матрос на секунду задержался, но тут же развернулся и убежал.
Корабль уплывал. Через минуту его настигли металлические птицы. Они с треском приземлялись на палубу, разрывая обшивку и убивая всех на борту.
Генерал судорожно оглядывался в поисках спасения. Он приметил маленькую лодку и поволок вождя к ней в надежде проплыть незамеченными через кладбище кораблей и их экипажей.
Они забрались в лодку и отплыли. Гавань вся пылала. Горящие корабли и их обломки, а среди них сотни южан – еще барахтающиеся в попытке выжить и уже мертвые.
Лодка проплыла между кораблями и направилась прочь из гавани, обратно на юг. Некоторые суда из эскадры юга успели покинуть гавань и шли вниз по течению. Их настигали птицы и разрушали один за другим.
Прямо перед носом их лодки из-под воды вынырнул один из моряков. Он схватился за борт лодки и попытался залезть внутрь. Его глаза выражали чувство всех южан в это утро – панический ужас. Генерал быстро вскочил и сильно пнул моряка сапогом по голове, тот ойкнул и пошел на дно. Генерал вновь схватился за весла, оглянулся и увидел, что десяток выпрыгнувших за борт моряков плывут к их лодке.
Вождь, который до этого сидел, спрятав лицо в ладонях, спохватился и обнажил меч. Они отбивались от собственных войск, проплывая мимо корабля, наводившего ужас на южном побережье, а теперь разорванного в щепки. Моряки и вырвавшиеся рабы кричали и умоляли взять их с собой, цепляясь за борт лодки. Вождь неистово рубил руки, закинутые на борт, и выталкивал тела обратно в воду.
Время ускорилось. Кэил видел, как лодка с вождем и генералом медленно спускается по реке назад к морю. Вождь сидел на носу, обхватив колени и опустив на них забрызганную кровью своих воинов голову.
С высоты птичьего полета Кэил наблюдал, как обезоруженное королевство юга раздирали набеги разбойников. Недовольство внутри все нарастало. Племена отделялись, пока не осталось только племя вождя. От некогда могучей державы остался клочок земли на бесплодных скалах посреди болот.
В гроте серой скалы на своем троне сидел сын вождя, а рядом с ним стоял сын генерала. Только вчера они похоронили отца вождя, который бросил вызов самой империи. Он до конца своих дней рассказывал сыну страшные сказки о том, что находится за имперской стеной. О летающих людях-птицах из металла. Об императоре, призывающем бога на свою сторону. И о самом боге, сотканном из молний, сжигающем корабли, как сухие ветки. И все время повторял наставление сыну: никогда не ходить за имперскую стену.
Кэил вышел из дворца и спустился к деревне.
Будто сплетенные из ниток, дети в серых грязных лохмотьях бегали по размокшим глинистым улочкам. Деревенские мужчины сидели компаниями по пять-шесть человек на открытых площадках перед жалкими лачугами и пили разбавленный сидр. Их отцы занимались разбоем и войной во времена, когда флот южного королевства нагонял страх на все побережье. Но после разгрома флота они оказались будто рыба на суше.
Они пытались рыбачить, но через какое-то время рыбы стало заметно меньше, море, кормившее их веками, отвернулось от них. Так постепенно они лишились какой-либо работы, но не перестали пить, и пьянство, как водится, заполнило все их свободное время.
Женщины выполняли большую часть работы по дому.
Молодые мужчины, не попавшие на службу к вождю, объединялись в банды. После кровопролитных стычек с дружиной вождя они покидали деревню. Часть из них шла в морские разбойники и промышляла грабежом в прибрежных деревушках, другие же уплывали неведомо куда и не возвращались.
Кэил снова увидел старика, который ходил промеж домов и стучал в закрытые двери. Он подошел к мужчинам под навесом. Один из них посмотрел на старика исподлобья, рот его скривился, нос поморщился. Остальные опустили взгляды в землю.
– Добрый день! Приятного времени вам! Я хотел напомнить… – начал было старик.
– Чтоб тебя морской дьявол забрал, – тихо процедил мужчина. – Нам теперь и выйти из наших конур нельзя без того, чтоб ты не появился и не испортил даже это дрянное пойло своей рожей?!
– Послушайте, я просто хочу вернуть свои деньги…
– Где я возьму твои проклятые деньги?! – закричал мужчина и с силой ударил кулаком по столу. – Нет у меня ничего! Ни копейки! А еще мне надо кормить своих детей на что-то.
