Леди Нараманаэ. Та, кто призывала Киано к миру на последнем совете. Интересно.
«Значит, к Фиорину. Верно. Пошли.» Киано вернул эльфийский облик, перехватив ошалевшего от испуга эльфа, подобрал нож, сунув его в ножны убийце, и пинком толкнул эльфа вперед.
- Быстро. Попробуешь бежать – проживешь три секунды. Ясно?
Фиорин, как всегда, был в рабочем кабинете – просматривал необходимые документы, которые нужно взять с собой в Гранин. Ведь совет это отличная возможность решить кроме политических вопросов и экономические. К отъезду подготовили проекты договоров, списков, необходимых образцов и всего прочего, что могло принести выгоду Западу.
- Государь, к вам советник Кианоайре Тэрранион с …. – не успел договорить начальник стражи.
Фиорин поморщился, неужто Киано уже забыл о том, что ему рады в любое время.
- Прости, государь, что с гостями, - поклонился Киано, придерживая запястья пойманного эльфа, - но, однако странные дела тут творятся. Иду, понимаешь, никого не трогаю, а тут прыгают из-за угла, да и еще с ножом. На меня с ножом, надо же…Даже обидно, мелковато как то..
- А ты бы хотел, чтобы с алебардой прыгнули, - Фиорин только отвлекся от документа, - что?! Что ты сказал?
- Так, отлично, - пасмурнел государь, выслушав пленника и Киано, - просто отлично. Значит у меня во дворце с ножом шляется какая то рвань, кидается на советников. Киа, ты чем так провинился перед леди Нараманаэ? На совете не угодил или еще где?
Киано фыркнул. Ему противно было это разбирательство, но деваться было некуда, измена государству не карается в коридорах. Да даже если бы он и прирезал этого неудачника, куда девать труп? Все равно вышло бы наружу.
- Значит так. Этого, Арнейс, - скомандовал Фиорин начальнику стражи, помертвевшему от перспективы понижения до рядового, - в темницу, леди Нараманаэ арестовать, только аккуратно. И Майнаэро ко мне!
Советник Майнаэро по совместительству являлся и начальником тайного управления - а попросту говоря, ведал тихими делами в государстве. На этом посту он был неизменен еще со времен князя Имлара, исправно охраняя князей и покой государства от шпионов и заговорщиков.
- Это же как так получилось? – спросил Фиорин у начальника управления.
- Она просто успела раньше, - не растерялся эльф, - мы давно вели слежку за саррина Нараманаэ, но она не давала повода к аресту, а приезд лорда Кианоайре и его речь на совете просто спровоцировали ее на эту глупость. Нам известно, что саррине принадлежат несколько земель на Западных людских землях, а так же рудники, они хоть и серебром, но доход дают, так же саррина Нараманаэ ведет активную переписку с государями Запада и их дворянами, и что самое пикантное – один из князей Айконталя является ее любовником. Так что ей война никак не выгодна, и есть все основания подозревать, что за шпионаж ей платят. Мы никак не могли ее уличить с прямыми доказательствами.
- Чудесно, - Фиорин был немало удивлен услышанным, - значит, нападение на моего советника вы называете «глупостью». А так же не доносите до меня сведения о выполняемой вами работе.
-Фио, - Киа уже расслабился, - это действительно глупость. Пытаться прирезать меня в потемках – это идиотская затея. Лорд Майнаэро прав. О чем тебе доносить, если нет результатов. Зато теперь у тебя есть все основания ее арестовать, но лучше выяснить, как далеко она зашла, и что знают в Айконтале. Мне кстати интересно, сарре Майнаэро, спросите саррину на досуге, во сколько оценили мою голову?
- Обязательно, вам расценки только на вашу, или остальные тоже интересуют?
Фиорин возложил расследование на Майнаэро, а суд назначил на дату после своего возвращения из Гранин. Впрочем приговор Фиорин уже знал – никому не дозволено даже думать о покушении на жизнь Киано.
Киа едва не проспал завтрак, ведь насколько он помнил, из написанного в протоколе – кушать сиятельным особам, приехавшим на совет, подавали очень рано. Дома в такое время он не просыпался, даже если Иррейн очень просил, и теперь он лежал в кровати, размышляя – последовать правилам вежливости, что обозначало быстрое приведение себя в порядок, или проявить невоспитанность и перевернуться на другой бок. Но воспитание победило.
Иррейн с улыбкой наблюдал за возней Киано, пытавшегося одновременно одеваться и расчесывать спутавшиеся за ночь волосы.
- А ты чего валяешься!? – Киано был раздражен, все валилось и из рук и он безнадежно опаздывал.
- А мне чего? Дружину в любое время кормят, Эйдан небось дрыхнет еще – так что иди, а я посплю.
- Не понял? – Киано отложил гребень и повернулся к Иррейну,- А с чего ты взял, что ты дружина? По правилу кормят собственно князей и прочих членов семей, и дружинников отдельно.
- Ты хочешь сказать, что я член семьи? Объясни тогда это, например, северянам и прочим.
- Мне наплевать! Мы идем вместе!
