Киано тихо шептал слова благодарности Прародителю Волков, думал о том, как встречает священный огонь Логово, как в сердце Леса рождается огонь, в который вложили душу все члены клана, от мала до велика. Он вспомнил, как впервые зажег факелы Сэльве и Нэльве, как смеялась Арриера, когда Нэльве первым поджег свою ветку в костре, как Хальви впервые перепил пива на празднике и заснул не дойдя до своих покоев. Много было на его памяти веселых праздников, и лишь один был горше полыни - та зима перед пленом.
Иррейн слушал жреца Единого, в принципе он не верил ни в кого, полагая, что все миротворение происходило как описано в древней книге, из музыки и звуков, хотя ему было все равно. Не ему думать о высоких материях, со своими маленькими делами бы управиться и уповать на то, чтобы не случилось беды.
Фиорин держал в одной руке факел, другой сжимал ладонь Ингегирид - не дело прятать в такую ночь свою любовь перед ликом богов, он смотрел лишь на движущиеся в полусумраке тени жрецов и просто верил в будущее.
Церемония продолжалась долго, и как всегда, у Киано все замирало внутри, в предвкушении волшебного мига восхождения звезды. Он уже нетерпеливо посматривал на небо, стараясь стоять ровно и не вертеться, под снисходительным взглядом Иррейна.
Наконец песнопения прекратились и наступила тишина, даже не похрустывал снег под сапогами собравшихся, только потрескивали факелы. Жрецы выстроились в линию, начиная общую песнь и все, кто стоял сейчас во дворе крепости - воины, князья, лекари, женщины, советники государей - все смотрели вверх, на яркую точку в вышине черного зимнего неба.
Звезда вставала в середине небосклона, проливая серебряный свет на крепость и стук сердец встречающих ее слился с ударами в бубны шаманов.
Теперь самым главным было коснуться своим факелом костра - поджечь оставшиеся ветви и поленья, так, чтобы костер занялся до небес.
Искры ударили вверх - пламя отлично разгоралось в сухих бревнах и быстро достигло верха поленницы - теперь до утра забавы на улице, а потом пир.
Их с Иррейном подхватили, закружили в веренице кубков, улыбок, танцев - Киано едва успевал отвечать всем и избегать хороводов, еле-еле отлежался после памятной тренировки. От костра было жарко, он расстегнул накидку, подставляя горло морозному воздуху, подставил рог под вино, щедро льющееся в эту ночь. Потом суматоха разъединила их до утра.
Как только занялся поздний зимний рассвет, от горящего костра все потянулись в крепость - переодеваться, приводить себя в порядок к пиру. И лишь жрецы отправились спать - не дело принимать им участие в воинских пирах.
- Ты в этом никуда не пойдешь! - отчеканил Иррейн, окинув взглядом наряд Киано.
Он едва мог дышать, смотря как волк одевается, и откуда он только достал эти вещи?
Сначала тончайшие льняные широкие штаны, шнурок завязался на плоском животе, потом шелковые верхние, нежно-серые с голубой вышивкой, заправлены в сапоги того же цвета с серебряными шнурами, расшитые прозрачными камнями, легкая распашная рубаха на голое тело, потом шелковая, в тон штанам и третья, чуть темней оттенком, завершал это великолепие кафтан в восточном стиле, расшитый серебром и той же голубой нитью, вещь невероятной цены, талия перехвачена серебряной цепью с звенящими привесками на концах, широкие браслеты обняли руки, пальцы унизаны кольцами. Волосы распущены, черная река утекла почти к коленям, и лишь у висков сплетены тонкие косы, венец перечеркивал лоб, неофициальный - тонко переплетенные волчьи лапы сцеплялись коготками, Иррейн подивился искусной работе мастера.
Воплощенная красота, нежность и неприступность - фейри с Граней, идеальное лицо бесстрастно. Непонятно даже какого пола это существо, живое ли оно?
- Почему? Тебе не нравится? - Киано был разочарован, он столько надежд возлагал на этот наряд, случайно найденный им в Аркенаре.
- В том все и дело! Мне слишком нравится! - голос эльфа был слегка хриплым, - но я не желаю видеть, как другие будут тебя раздевать глазами! Очень вызывающе, Киа! Может мы никуда не пойдем?
- Да брось, Ирне! Всего лишь подделка под восток, кому оно интересно? - отмахнулся Киано.
- Посмотри на себя в зеркало! - эльф развернул волка за плечи. - Смертные тебя взглядом сожрут, а к вечеру все будут пьяные, и какая - нибудь сволочь точно привяжется. Начнется драка, а дальше сам понимаешь.
- Ну пир без драки - даром потраченное золото. С удовольствием приму в ней участие. Ирне, успокойся со своей ревностью - никто меня не тронет и я никого не трону. Ты разве не привык, что на нас и так все смотрят! Я же молчал, когда Милиана тебя в лес отволокла. Ты доверяешь мне, я доверяю тебе. Что за глупости!
- Ты знаешь, что мне сейчас будет стоить открыть эту дверь? - Иррейн понял, что протестовать бесполезно, как Киано захочет - так и сделает.
- Так зачем открывать ее сейчас? - оборотень повернул ключ, мурлыкнув- у нас есть еще время!
- Ай, Ирне, осторожно, мы сейчас никого не найдем, чтобы это разгладить!
- Ничего, я аккуратно.
