- Позови князя! - кинул он ученику, выходя в переднюю горницу и устало опустившись на стул.
- Такие вот дела. Он умирает, князь Тэнне, в силках чужих нитей, у него надорвано сердце и не в порядке разум. Сколько ему еще осталось - неизвестно, зависит от активности Нерги, а как действует его заклинание, я увы не знаю.
- Ну так узнай! - стукнул кулаком по столу Тиннэх, - Пни Маэона, пусть роет на Гранях, изловите кого-нибудь! Пока я не докопаюсь до сути, покоя не будет никому. А из этого... - после рассказа целителя Тиннэх не мог подобрать слов для брата - вытрясти все, что он знает и не знает, всеми способами.
- Да? Ты помнишь, что не имеешь право участвовать в допросе? Ты родич Киа, хоть и князь. Нам придется изолировать его до выяснения всех обстоятельств. Иррейна к нему пускать?
- Нет. Никого, только целители и дознаватели, до тех пор, пока не узнаем всего, что происходит. Поговорим позже, как только вы узнаете еще что-то.
- Да, мой лорд.
Иррейну было неспокойно. Вот уже полдень, а Киано не возвращается от целителей, да и нехорошее предчувствие грызло эльфу грудь, словно он сделал какую то ошибку. Киа ушел утром рано, хмурясь и явно боясь идти, волк долго мялся, одеваясь, слишком тщательно расчесывался, медленно ел, как будто стараясь оттянуть миг ухода. Иррейн же надеялся, что все будет хорошо - Мейлин посмотрит, даст своих чудесных снадобий и Киана избавится от сонливости.
Но время шло, а оборотень все не приходил, в замке было тихо, словно все исчезли. Хотя кто-то был в лесу, кто-то на конюшне, в оружейной - все заняты делом, все, кроме Иррейна. После завтрака эльф собирался приняться за новые чертежи, нужен был еще терем и хозяйственные постройки, работы надо наметить до весны, чтобы знать, какой лес и какие товары нужно купить, а что можно затребовать вместо дани. Но грифель скользил по бумаге бесцельно, цифры не шли на ум и только Иррейн скомкал лист, как в дверь постучали.
Эльф открыл дверь, Киано не стал бы стучать в собственные покои, Иррейн ожидал кого угодно, но не Тиннэха. Сердце подпрыгнуло в предчувствии.
- Как спал наш принц сегодня? - спросил князь, присаживаясь в кресло.
Иррейн поднял брови и насторожился, такое начало разговора ему не понравилось:
- Как обычно, а что?
- Да ничего... я, его, гаденыша, своими руками удушу, если это правда!!
Сердце Иррейна ухнуло вниз, он упал в кресло рядом с князем.
- Что случилось? Что с Киа?
- Что с Киа? Ты лучше спроси, что будет со всеми нами, из-за Киа. Киа, Киано - все его едва в задницу не целуют, хотя некоторые уж точно, а он... - Тиннэх закрыл лицо руками и Иррейн увидел, что князь не в ярости, он испуган.
- Что произошло?
Тиннэх успокаивался. Почему то возле Иррейна ему всегда было спокойно, даже сейчас.
- Киано в беде, и мы все, возможно, тоже. Он на этот раз вляпался так, что мы его не вытащим. Все что я пока знаю, он умудрился вплести нити Нерги в свое феа и тот забирает его. Это не сон - смерть, медленная и верная. Ты тогда правильно догадался. Знаешь, что самое страшное?
- Говори же!
- Я даже не знаю, как сказать это именно тебе. Мейлин сказал, что эти нити Киано получил после смерти Нерги, на Гранях, и..... - Тиннэх замялся.
Иррейн едва не задохнулся в паузе.
- Он взял их добровольно. Вот все, что я пока знаю.
Киано очнулся, вынырнув из сладкого мягкого сонного марева, потянулся - ложе у Мейлина было достаточно жестким, чтобы затекла спина и открыл глаза.
- Очнулся? - голос целителя был бесстрастным. - Одевайся, пойдем.
- Куда? - Киано еще не пришел в себя.
Мейлин отвел глаза, стараясь сохранить твердость в голосе.
- К дознавателям. Приказ князя.
Киано бывал в дознавательском покое. В комнате, где обычно допрашивали пленных, вопреки фантазиям смертных, было ни орудий пыток, ни ярких ламп, ни веревок, ни даже дыбы, просто голые стены, окно, стол и несколько кресел для беседы, кувшин с водой и чашки.
- Рассказывай. - дознавателей было трое и Мейлин. - Я не имею права спрашивать тебя в одиночку.
- О чем? - ошалело переспросил Киа, еще до конца не понимая, что происходит, словно он еще спит.
- Обо всем, о том, где ты спутался с Нерги и дал ему проникнуть в твое феа, о татуировке, о сне и прочем. Рассказывай, Киа, это в твоих интересах. И расскажи о том, почему ты молчал.
- В его интересах рассказать им все, - продолжал Тиннэх, - прости, я приказал его арестовать, он будет находиться в закрытых покоях до тех пор, пока не выяснится правда и мы не решим, что делать дальше. Это очень опасно, Ирне, прости, я вынужден так поступить с ним. У меня клан.
- Почему это опасно?
- Потому что он нарушил закон, он позволил чужому, и не просто чужому, а брату государя Инъямина, нашего врага, вторгнуться в феа. Ты знаешь, что такое - волчье феа?
Иррейн исподлобья посмотрел на князя. Откуда ему знать, он не участвует в этих играх - феа, Грани, Тропы, стихии. Он всего лишь эльф, который влюблен в оборотня.
