- Больше тебя понимает! - шепнул в ответ Штудман. - Ах, Пагель, вы тут? Слушайте, займитесь-ка немножко фройляйн Вайо. Вы очень любезны. Итак, будьте добры, фрау фон Праквиц!
С некоторой неохотой, с некоторым колебанием направилась фрау Эва к конторе. С порога она еще раз оглянулась на оставленную ею пару.
- Куда вам угодно, фройляйн? - спросил Пагель.
- Давайте пройдемся немного здесь под окнами.
Фрау фон Праквиц вошла в контору.
3. ПАГЕЛЬ ЦЕЛУЕТ ВАЙО
- Может быть, вам угодно взглянуть на грандиозную стряпню в замке? спросил Пагель. - Там сейчас работа ключом кипит!
- Ах, туда я потом пойду с мамой! А кто стряпает?
- Фройляйн Бакс и фройляйн Ковалевская.
- Ну, Аманда - это я понимаю. А вот как это Зофи не считает для себя зазорным стряпать на арестантов!
- В наши дни всякий старается немножко подработать.
- Только, по-видимому, не вы, раз вы в рабочее время слоняетесь с сигаретой в зубах, - раздраженно сказала Виолета.
- Вам мешает? - спросил Пагель и вынул сигарету изо рта.
- Нисколечко. Я сама охотно курю. Потом, когда они там в конторе о нас позабудут, мы потихоньку смоемся в парк. Тогда вы угостите меня.
- Можно и сейчас туда пойти! Или вы думаете, ваша матушка считает меня столь опасным человеком, что не отпустит вас со мной в парк?
- Вы - опасный человек? - Вайо рассмеялась. - Нет, но я под домашним арестом.
- Значит, вам разрешается гулять только с мамашей?
- Какой вы догадливый! - насмешливо воскликнула она. - Уже три недели все только и говорят о том, что я под домашним арестом, наконец-то и до вас дошло!
Но раздражительность фройляйн Виолеты не произвела на Пагеля ни малейшего впечатления. Он весело улыбнулся.
- А спросить, почему вы под домашним арестом, нельзя? - осведомился он. - Сильно напроказили?
- Не будьте нескромным! - сказала Вайо очень пренебрежительно. Порядочный человек всегда скромен.
- Я, верно, никогда не буду порядочным человеком, - грустно признался Пагель и, улыбнувшись про себя, провел рукой по карману. - Как по-вашему, пожалуй, там в конторе беседуют достаточно оживленно, и мы могли бы смотаться в парк и покурить.
- Постойте, - сказала Вайо. Она прислушалась. Из конторы доносился голос Штудмана, спокойный, но весьма настойчивый. Затем заговорил ротмистр, он горячо против чего-то протестовал, на что-то жаловался, а теперь начала говорить фрау фон Праквиц очень твердо, очень ясно, очень многословно.
- Мама вдохновилась! Валяйте в парк!
Они обогнули кусты сирени и золотого дождя, затем медленно пошли по широкой дорожке в парк.
- Так, теперь им нас не видно. Теперь можете угостить меня сигаретой. Черт возьми, да вы курите сногсшибательную марку - сколько они стоят?
- Сколько-то миллионов. Никак не запомню, цена каждый день меняется. Впрочем, я получаю их от одного приятеля, от некоего господина фон Цекке, который проживает в Гайдар-Паша. Вы знаете, где находится Гайдар-Паша?
- Откуда мне знать? Я ведь не собираюсь в одалиски к султану.
- Ну, само собой, нет! Прошу прощения... Гайдар-Паша расположен на азиатском берегу Босфора...
- Господи, да бросьте вы вздор молоть, господин Пагель, подумаешь, как интересно! Почему вы, собственно, вечно скалите зубы? Как на вас ни посмотришь, всегда вы скалите зубы?
- Да ведь это же последствие ранения на фронте, милая барышня. Повреждение центрального отдела nervus sympathicus. Но это вас, конечно, тоже не интересует. Как трясуны трясутся, так я скалю зубы...
- Что вы меня разыгрываете? - возмутилась она. - Я не позволю вам меня морочить...
- Но, фройляйн, правда же это от ранения, полученного на фронте! Когда я плачу, кажется, будто я смеюсь до слез, - в какие неприятнейшие положения я из-за этого попадал!
- С вами не знаешь что думать, - недовольно заявила она. - Такие мужчины, как вы, мне противны.
- Зато я не опасен, а это уже преимущество.
- Да, вы совсем не опасны! - презрительно заметила Вайо. - Мне очень бы хотелось знать, что бы вы стали делать, если бы...
- Если бы что? Скажите же, пожалуйста, скажите, фройляйн! Или вы боитесь?
- Боюсь вас? Не будьте смешны! Я подумала, что бы вы стали делать, если бы захотели поцеловать девушку?
- Н-да, этого я и сам не знаю, - жалобно признался Пагель. - По правде говоря, я уже тысячу раз об этом думал, но я так застенчив, что...
- Как? - спросила Вайо и смерила его взглядом. - Вы ни разу не целовались с девушкой?
- Сто раз собирался, честное слово, фройляйн! Но в решительную минуту мне как-то не хватало смелости...
- Сколько вам лет?
- Скоро двадцать четыре...
- И вы еще ни разу не целовались с девушкой?
- Я же говорю, фройляйн, ужасная застенчивость...
- Трус! - воскликнула она с глубоким презрением.
Некоторое время оба молча шли по липовой аллее, которая вела к пруду.
Затем Пагель опять осторожно начал:
- Разрешите вас спросить, фройляйн?
Вайо, весьма нелюбезно:
- Ну, шпарьте, вы - герой!
- Но только вы на меня не рассердитесь?
- Спрашивайте!
- Честное слово, не рассердитесь?
Она, очень нетерпеливо:
- Нет! Спрашивайте же, наконец!
- Ну так вот: сколько вам лет, фройляйн?
- Вот дурак, - шестнадцать!
