И одновременно с этим сбросил рюкзак за спиной — аптечка отряда. Тем временем Феникс отстегнул автомат и вырвал (бережно разжав пальца Барса) пистолет из его рук.
— Сука… как же горит все… — рычал Косухин. — Вот я с утра чуял, что выход гладко не пройдет!
— Барс! — рявкнул Феникс, расстегивая разгрузную систему. В какой-то момент он остановился и усмехнулся. — Везучий ты, чертяга, Барсик! Две пули в магазин угодили! Прошили бы тебя, уже отдыхал на небесах.
— Зашибись новость… — не разделив шутки, прорычал Косухин.
Ипатьев усмехнулся, аккуратно стянув разгрузочный жилет с брони и с плеч. Док же матерился, приговаривая «держись, браток, держись», одновременно доставая все необходимое для укола. Одним движением он взял индивидуальный перевязочный пакет и подбросил командиру:
— Братка! Бинтуй ноги ему!
Феникс ловко поймал его и тут же начал распаковывать медснаряжение, пока Юра достал из рюкзака шприц, три ампулы и начал готовить «коктейль».
Тем временем на улице под жарким солнцем гремел бой: слышалась арабская речь и возгласы, у кого-то уже начинал захлебываться автомат. Русский мат и команды вместе со взрывами сотрясали стены. В какой-то момент зазвучал пулемет с БТРа[15] сопровождения — оклемались ребятки. Внутри здания также резким уколом по ушам ударило несколько коротких очередей, а в ответ прилетело не меньше звонких мелких сук, которые расколошматили вдребезги стекла, деревянные элементы декора и въедались в стены.
— Шут! — завопил сквозь происходящее Док. — Вызывай подмогу! Нам людей вытаскивать надо!
— Щаз-з-з-з! — послышалось в ответ через очередную канонаду автоматной очереди. — Погоди!
— А-а-а! — рычал Косухин, схватившись сильной хваткой за руку Феникса.
— Держись, держись… — бросил Юра, поднявшись к нему с готовым шприцом. — Сейчас сделаю укол — будет немного легче…
— Сука арабская… чтоб его калаш клина словил сейчас… — Второй рукой Барс пытался расстегнуть бронежилет.
— Не даст уже клина! — Ипатьев убрал руку от фастекса. — Я его уложил! Прости брат, я сам его проворонил.
— Броню пока не снимай! — Док резко оголил руку бойцу и сделал инъекцию. — Все, сейчас станет легче…
— База — Граниту! База — Граниту! — зазвучал надрывистый голос Быкова. — Колонна подверглась нападению! Имеются 300-е! Численность 200-х неизвестна!
Ипатьев тем временем уже туго затянул бинты на всех ранах Барса, временами убирая руки раненного товарища от застежки брони. Док же достал небольшой контейнер, в котором содержались три шприца с порошком гемостатика, и начал его суетливо вскрывать. Подобные действия вызвали удивленный взгляд его товарища.
— Ты же ненавидишь гемостатики?!
— А что прикажешь делать?! — мельком и с вызовом бросил Юра, устремив взор прямиком в серые глаза Ипатьева. — У него кровь хлещет! Если мы сейчас снимем бронежилет — умрет от большой кровопотери! Так хотя бы я смогу закупорить раны, а потом нормально все сделать.
— Б…ь! Да сделайте же что-нибудь! — сквозь зубы взмолился Барс, ослабляя хватку в руке.
— Держись…
И Воронин, взглянув на три «пробоины», тяжело вздохнул и начал процедуру ввода порошка. Косухин пару раз ругнулся, но мужчина прекрасно понимал, что это необходимая мера, а боль дает понять — он живой.
— Черт… — рыкнул Шут, дав очередь в окно. Снаружи послышалось, как кто-то грузно упал.
— Докладывай! — тут же прокричал Ипатьев, стараясь разглядеть сквозь пыль на входе «волка».
— Подкрепление будет через 10–15 минут! — озлобленно выкрикнул сквозь зубы Денис, сменив магазин.
— Мы тут сдохнем быстрее! — бросил себе под нос Док.
— Б…ь! Мьют! — срывая голос, завопил Быков, чуть ли не подпрыгнув на месте. — Они подходят!!
Затрещало два автомата с минимальным интервалом. Яро, временами сменяя друг друга. С улицы уже отчетливо слышалась арабская речь. Казалось, что еще одно мгновение, и гости уже «зайдут на чай». Юра тем временем заделал в Барсе дырки и скинул пустые шприцы в рюкзак. Затем достал из рюкзака заготовленную капельницу физраствора для быстрой манипуляции, но сменил ее на бинты.
— Так, Дим, — одновременно с указаниями Док протянул несколько ППИ другу, — берись за фастексы… по моей команде расстегиваем и поднимаем. Потом ты начинаешь накладывать повязку ему на раны и сдавливаешь. Дальше я бинтую, и одеваем обратно бронежилет.
Феникс лишь кивнул, вскрывая вечные советские ППИ. Тем же самым занялся и Воронин. Все движения были слаженными, практически синхронными. Время шло на секунды, что уже не пугало бывалых офицеров. Не в первый раз…
— Граната! — вопль Панаева разорвал рабочую обстановку импровизированного госпиталя.
Сквозь канонаду было слышно, как эта вредная подлянка через окно, ударившись, пролетела куда-то в сторону позиции Шута и Мьюта. Денис и Женя вмиг рассыпались по сторонам — первый ушел за что-то похожее на шкаф, а второй — нырнул в гостиную к ребятам. Док мгновенно закрыл собой Барса на уровне лица и тела, практически разложившись на нем, а Феникс нырнул вниз, ближе к автомату.
