— Этот мальчишка на протяжении трёх лет жил в гареме Азазеля, — с нажимом произнёс главнокомандующий, испытывая раздражение из-за пренебрежительного тона Вейла. — Об этом в его биографии ничего не сказано. Ты должен выяснить, кто стёр из его дела эту информацию. И где он сейчас находится. Раз Азазель ни сном ни духом, где теперь этот мальчишка, значит, он на чьём-то иждивении. Возможно, насильно. Если так, ему нужна работа. Сделаю его офицером, когда приведёшь его сюда.
Пока Молох вещал, Вейл вчитывался в информацию.
— Сэр, а давно в гареме обучают владению холодным оружием? — подперев голову рукой, хмыкнул демон.
— Ну, вот ты и нашёл, где копать, — уклончиво ответил Молох, после чего ответил ему гораздо жёстче. — Живо за дело, пока я тебе от лени наряд вне очереди не выписал.
— Да, сэр, — Вейл оставил окурок в пепельнице главнокомандующего и встал, прощаясь кивком головы. Молох сопроводил процесс утаивания личного дела ироничным взглядом: видимо, наивный Вейл предполагал, что тот совсем слепой.
***
Было сложно определить, с чего же всё-таки стоит начать. Вейл внимательно изучал дело, лежа у себя дома на широком диване и греясь в объятиях тёплого халата. Изредка он поднимался, чтобы проверить очередную гипотезу. Он пробовал греть бумагу, смачивать молоком или лимонным соком, проводил ультрафиолетовой лампой и даже лезвием пытался счистить верхний слой. Разумеется, он делал пробы на наименее значимых участках, однако Молох всё равно не погладит его по голове, если миссия будет провалена.
Вейл решил ориентироваться на запись, являвшуюся хронологически достоверной. А конкретнее: куда же всё-таки Молох тогда продал этого суккуба? Разумеется, в деле было уточнено место, однако, когда туда пришёл Вейл, там не было ничего, кроме семейного кафе. Откровенно говоря, это мало походило на место, где мог прятаться подпольный бойцовский клуб. Демон на всякий случай зашёл уточнить, а правда ли, что здесь когда-то было что-то. Перед ним тупо качали головой, искренне недоумевая над вопросами. Демон с отрешённым видом посидел там некоторое время, поразившись феноменальной человеческой тупости, как он считал, и закрыл глаза, начав считать до десяти. Нет, он не выходил из себя, отнюдь.
Когда демон открыл глаза, то помещение семейного кафе было совсем иным. Всё было окутано призрачной синей дымкой, преображавшей окружение. Да, здесь определённо раньше стояла барная стойка. Там, где сидит сам Вейл, находился бильярдный стол. Несколько столов для гостей у стен. Мелькают чёрные тени — прошлого, пока что живого уже только в образах. Вейл поморщился, поскольку по мере увеличения теней на голову увеличивалась нагрузка. Руками он отмахивался от них, и они растворялись. При жизни от них вряд ли была польза, сейчас — тем более.
Неожиданно Вейлу в ноздри ударил едва уловимый сладковатый запах. Демон резко повернул голову в сторону предполагаемого источника. Кажется, пахло из подвального помещения, куда вела деревянная, скрипучая лестница. Вейл стал неторопливо спускаться. И чем ниже, тем сильнее его освещали синие огни. Качалась лампа. Сладкий запах становился сильнее. Толпа теней сделала небольшой круг, но демон с лёгкостью прошёл сквозь них, став в первых рядах. Дрались два молодых парня. У одного из них были длинные волосы, собранные в хвост, за который его постоянно норовил дёрнуть противник. А другой был предусмотрительно брит, видимо, гораздо опытнее. Первому очень не везло, поскольку он очень много раз знакомился с бетонным полом лицом к лицу.
С расквашенной физиономией, он стискивал зубы, чтобы пересилить боль. В глазах застыли слёзы, которые нельзя было уронить. И злоба, кипящая злоба, смешанная с обидой. Кажется, только они и придавали сил этим костлявым костяшкам, совершенно непригодным для драки. Он вскакивал с хриплым боевым кличем и так же быстро отлетал назад, вновь получая по зубам. Конечно, запах зашкаливал. Это был тот, кто нужен Вейлу. Демон смотрел на это немного отстранённо, поскольку знал, что это необходимый этап становления. Ему самому приходилось прогрызать себе путь к победе, превозмогая себя, когда кажется, что успеха больше никогда не будет, а удары судьбы будут бесконечными. Нет. Он вставал и шёл, упираясь рогами в ворота судьбы.
Вейл закрыл глаза, когда длинноволосого вырубили, и он обмяк, как тряпичная кукла. Ещё один шлейф вёл в небольшую комнатку со множеством кроватей, расположенных друг над другом. Демон забрался на самую верхнюю, где до сих пор лежала небольшая жёлтая книжица. Мужчина спрыгнул с ней вниз, но она обветшала настолько, что листья выскользнули из его рук и разлетелись по полу. На каждом призрачном листочке было написано: «НЕНАВИЖУ. ОТОМЩУ. НЕНАВИЖУ. ОТОМЩУ».
