«Нет, и никогда не умел», – хотел было признаться Гончаров, но взгляд стоящего рядом с шефом Александра Захаровича пресек попытку.
Во взгляде было написано: «Если ты, козел, скажешь “нет”, не поможет тебе никакое колдовство».
– Да, немного, – лжецелитель чувствовал себя, как щенок, написавший в постель хозяев.
– Я слышал, не только зубную… Помогите мне…
– Но… Так сразу… – смутился Гончаров, словно прожженная путана, неожиданно услышавшая от клиента признание в любви.
– Не волнуйтесь, я умею быть благодарным…
Ничего не оставалось, как подняться с шедевра краснодеревщика и снять пиджачок.
– Ну, хорошо… Попробую.
Андрей Романович потер руку о руку, разогревая ладони, словно пещерный человек, добывающий огонь. Другими специальными навыками он не владел. С одной стороны, хотел помочь больному человеку, с другой – желал, чтоб ничего не получилось. Тогда от него отстанут.
– Сядьте прямо.
Больной послушно выпрямился. Через минуту одна из ладоней целителя накрыла лоб Столбова.
– Глаза закройте! – Уверенность медленно возвращалась к волшебнику – сказались тренировки на клиентках. – Чувствуете тепло?
– Да, – выдохнул Илья Михайлович.
– Отлично… Оно будет усиливаться, не обращайте внимания. Расслабьтесь, думайте о том, что вы любите.
– А я ничего не люблю…
– Тогда о чем-то приятном. Море, голубое небо, пальмы, солнце.
Андрей Романович второй рукой принялся давить на точки, показанные Матреной. Кто знает, может, это универсальный способ? А фармакология впаривает народу всякие дорогущие пилюли, вкладывая миллионы в рекламу по ящику.
Столбов вскрикнул от боли. Телохранитель тут же кинулся к лекарю, хваткой бульдога вцепившись в кисть.
– Спокойно, Коля, – осадил его шеф, – все нормально.
Коля отвалил к двери, положив правую руку на рукоятку пистолета. По всей видимости, настоящего.
Гончаров снова разогрел ладони, поводил ими над головой олигарха, вспугнув наглую муху, присматривавшую себе аэродром на лысине миллиардера. Новая помеха – звонок мобильного. Пришлось извиниться перед клиентом. На дисплее высветилась Алиса. Очень кстати. В голове возникла обложка книги «Шиллер. Коварство и любовь». Они проходили этот роман в институте на зарубежной литературе, но руки, вернее глаза, до него у Гончарова так и не дошли. А зря. Может, великий немец и подсказал ему, что делать. Хотя сейчас больше подошла бы книжка по мануальной терапии. Красиво звучит: «Шиллер. Мануальная терапия для чайников».
Он сбросил вызов, извинился и продолжил.
– Боли нет! – приказал Гончаров голосом армейского старшины. При этом надавил на виски подопечного, потом помассировал точку на лбу, где по поверьям прячется третий глаз, и костяшками пальцев поелозил по массивной переносице. Напоследок помял мясистые уши олигарха.
Столбов перестал морщиться. Неужели получилось? Дикость какая!
– Ну как? – осторожно уточнил целитель, поглядывая на пистолет охранника Коли.
Кто знает нравы этих миллиардеров? Может, сразу в расход, а труп в Неву.
– А мне лучше! Гораздо лучше! Нет, серьезно.
Коля убрал руку с пистолета.
– Вы действительно мастер. Спасибо!
– За это не благодарят… Просто опыт, – потупился целитель, лечивший первого в жизни пациента.
Скорей всего, Илья Михайлович при всем своем могуществе относился к категории легко внушаемых людей. А боль его была фантомной.
Либо второй вариант: Гончаров действительно обладал могущественным даром, который нельзя использовать даром. Поэзия.
Сам Андрей Романович склонялся к первому варианту. Но глава «Роскоммуникаций» ко второму.
– Одного опыта мало. У вас дар, Андрей Романович. Большой дар. Уж поверьте.
– Ну, не такой уж и дар. Но иногда получается. Вам бы лучше к доктору. Обследоваться. С вашими-то возможностями…
Корнилов как-то по-недоброму зыркнул на волшебника. «Заткни пасть и не вякай» – читалось в его прищуренных глазках.
– Обследовался, – вздохнул хозяин, – как смотрите, если время от времени будете оказывать мне помощь?
– Видите ли, – хотел пойти в отказ Гончаров, но вновь нарвался на взгляд Александра Захаровича, – у меня не всегда получается, но если думаете, что…
– Сто тысяч за сеанс вас устроит?
Илья Михайлович по-своему трактовал замешательство целителя.
Еще б не устроило! Сто штук за пять минут кривляния. Лимон на час! В период кризиса!
– Сколько? – для приличия уточнил Андрей Романович.
– Хотите двести?
Конечно хочу! Я же волшебник! А настоящее волшебство стоит недешево!
– Хм…
Столбов повернулся к Корнилову.
– Александр Захарович, проводите Андрей Романовича и обсудите детали.
После вновь обратился к целителю.
– Андрей Романович, спасибо еще раз. Надеюсь, вы примите мое предложение.
Во дворе сверкающего стеклом офисного здания Корнилов с улыбкой подвел итог.
– Ну вот, я же говорил, главное – вера. Возможно, на этой неделе Илья Михайлович снова побеспокоит вас… У меня просьба, никуда из города не уезжать. И, по возможности, никому о своем визите не рассказывать. И еще… С прежней работой придется расстаться.
– Почему?
