— Да, Гарри, что такое? — директор смутился, торжественный момент покатился куда-то не туда.
— Профессор Дамблдор, вы так щедры, потому что Хаффлпафф зарабатывает дружным трудом, Равенкло индивидуальным умом, Слизерин офицерским подходом, а Гриффиндор в героях, да? — выпалил мальчишка, не желавший обострять конфликт со Слизерином.
— Верно, мальчик. Вы показали истинный дух и черты факультета Гриффиндор, поэтому заслужили столь высокие награды. А за перебивание старших полагается штраф Гриффиндору — минус девять очков.
По залу раздались нервные смешки: легко пришло — легко ушло, в этом вся суть факультета. Дамблдор больше не стал ждать новых поводов снять баллы и торжественно хлопнул в ладоши, меняя зелёные гобелены на красные и оповещая:
— Гриффиндор выиграл кубок школы!
Тут же все гриффиндорцы повскакивали с мест и подбросили к потолку свои конические шляпы. За ними повторили хаффлпаффцы и равенкловцы, а слизеринцы остались скрипеть зубами из-за издевательской разницы в один балл. Профессор чар даже всерьёз поднапрягся, хлёстко и стремительно выведя заковыристые чары, благодаря которым ни один головной убор не упал на столы. А дети радовались и обнимались — факультет безалаберных давно уже не завоёвывал кубок школы. Особенно радовался Перси Уизли, в чьё портфолио старосты попадёт соответствующая строчка, став его заслугой. А декан Макгонагалл довольно улыбалась и аплодировала, её мимические мышцы у левого глаза чуть подёргивались с момента вскакивания Поттера, чуть не испортившего весь триумф, им же заслуженный. А декан Снейп сидел заиндевевший, декан Спраут хихикала, Хагрид подмигивал и радостно улыбался, а прочие из вежливости.
Вскоре победители расселись и занялись едой, как это первыми начали делать за столами факультета Хаффлпафф, который сместили на последнее место, что никого из его членов совершенно не расстроило. Как бы то ни было, день завершался праздничным пиром в честь окончания учебного года, а не в честь завоевания кубка школы или убийства профессора ЗоТИ.
Волшебник-юнлинг едва дождался, когда после пира все в спальне первокурсников уснут. Покинув башню под мантией-невидимкой следом за старшекурсниками, он легко миновал всех гулён и дежурных да выскочил из замка по направлению к Запретному лесу.
О, с каким же удовольствием зашёл в могучий лес, полный Силы! Почти как в Саду тысячи фонтанов в Храме Джедаев очутился, только там была спокойная Сила, а тут дикая, природная. Она манила душу агрария.
Недалеко забурившись и выбрав более-менее спокойное местечко в овражке, Поттер наконец-то извлёк свою волшебную палочку, зажал её между ладоней и принялся аккуратно насыщать собственной Живой Силой. Он действовал по наитию с оглядкой на методичку джедаев по работе с кайбер-кристаллами в световых мечах.
Остролист своим названием созвучен слову «святой» (holly — holy), традиционный символ удачи, процветания и защиты от тёмных сил. Он казался Поттеру переменчивым, словно в постоянном духовном поиске.
Перо феникса служило сердцевиной, умещённой в деревянный корпус. Очень мощная Живая Сила, в прошлой жизни Брапар с таким не сталкивался ни разу, хотя он не видел тех же терентатеков, прослывших убийцами джедаев. Перо было очень инициативным и несколько своевольным. Однако оно оставалось полученным от птицы. И профессионалу потребовалось всего несколько минут, чтобы приручить волшебный инструмент, который стал подчиняться и ощущаться немного лучше, чем во время первого касания в Больничном крыле. К слову, волшебник-юнлинг вообще чувствовал всё несоизмеримо лучше и глубже прежнего себя, потому заметил разницу.
Выбор оврага оправдался: во время одного из экспериментов волшебное пламя объяло всю палочку, однако оно не сжигало её и не опаляло руку владельца. Словно бы сама птица феникс села…
— Ого! — появление хозяина пера оказалось неожиданным, хотя экспериментатору следовало учесть вероятность того, что всё ещё живущий феникс почувствует и примчится поглядеть на происходящие странности с его пером.
Птица оказалась больше полярной совы, и с распахнутыми крыльями она практически ничего не весила, по крайней мере, волшебная палочка, использованная ею в качестве жёрдочки, не опустилась под ней.
— Курлык!
— Эм, и тебе привет, Фоукс, — поздоровался Поттер, поняв приветствие и образ-объяснение директорского питомца, когда-то поделившегося сразу двумя перьями для Олливандера, изготовившего палочки, в итоге доставшиеся Тому Реддлу и Гарри Поттеру.
— Курлы-кур…
— Спасибо, — левой рукой восторженно погладив огненную птицу, умеющую телепортироваться. Пользуясь случаем, Поттер попросил о том, что намеревался сегодня попробовать сделать, в числе прочего: — Поможешь наложить защиту от чужих рук, Фоукс? — вслух говоря, ибо в слова проще вплести ментальный посыл с
