— Всё те же три слова, — ухмыльнулся Гарри-Грегарр, поведя рукой в сторону Симуса, насмешливо произнёсшего их в нагаданном порядке.
— В экзаменах СОВ есть пикси, потому в любом случае придётся отрабатывать заклинания против них, Дин, — важничая, указала Гермиона, много чего уже знающая, в том числе классические чары из подлинных учебников ЗоТИ, а не романов.
— Повеселимся, хе-хе, — Симус пребывал в полном восторге от вчерашнего занятия у Локхарта, но только от практической части.
— Да ну, вряд ли этот павлин вновь выпустит всех разом, — засомневался Рон. — Хотя я бы тоже непрочь повторить охоту по замку.
— Такими темпами мы на ЗоТИ наберём тысячи очков, — вставила своё мнение Парвати, и попыталась за старшей девочкой повторить кокетливый жест, когда близнецы Уизли посмотрели на неё.
— И поставим абсолютный рекорд Хогвартса, — довольно и самоуверенно заявил Рон, которому нравилось, что первачки заглядывают ему в рот, а более старшие теперь смотрят уважительно, а не кривятся как при виде нищего оборванца.
Все заулыбались и приосанились. Второй курс сделался привилегированным.
На завтрак два салатика с кальмарами или креветками на выбор да посыпанная тягучим сыром паста рожками с рыбными котлетами под луковым соусом, тосты с яблочным джемом да сэндвичи на основе омаров. Полюбивший морепродукты Поттер себе всего взял, заряженные гимнастикой соседи по спальне столь же проголодались и кое-чьи книззлы тоже захотели покушать всем ассортиментом мяса.
Ожидаемый многими «Ежедневный пророк» на передовицу поставил новость о том, что в стране внезапно раскупили все конфеты «Берти Боттс». И неприятно поразил кое-кого статейкой на второй странице:
«Вся история свитера в одном предложении или как раскрепощает Фиделиус» — так гласил крупный заголовок. А дальше слово в слово печаталось то длинное предложение, которое Поттер вчера сочинил по пути на пару Гербологии. Внизу подписью автора значился псевдоним — «Хогвартский сплетник». Редакция газеты самоустранилась от оценки, предложив читателям написать собственные отзывы с обещанием напечатать пятёрку наиболее многочисленных мнений.
А преподавательский стол ошарашенно помрачнел, когда из уменьшенных рулонов с газетами некоторые извлекли спецвыпуск «Придиры» с подредактированным Ксенофилиусом описанием правил «Гадания на плюй-камнях с драже „Берти Боттс“ внутри». На передовице печаталось два цветных колдофото с Уизли и Данбар — проявление вихря магии и последний бросок фишки, проясняющей
Джина выпустили из бутылки!
Вчера весь вечер обсуждавшие плюй-камни профессора не успели за гиперактивными детьми с очередной сенсацией, на сей раз капитально меняющей расклад в сферах гаданий и магического спорта, конфетном бизнесе, а ещё существенно затрагивающей частную жизнь из-за лёгкости проникновения через весьма распространённую парольную защиту. Многие дети ожидали от директора начисления баллов, но тому хотелось штрафовать. Трапеза прошла в молчании…
— Приветствую, второй курс, — Гилдерой вышел в класс в тёмно-синем костюме с золотым узором из королевской лилии, на его золотой мантии фасона как у Снейпа та же вышивка делалась синим цветом. И призывно помахал руками.
— Доброе утро, профессор Локхарт, — нестройно ответили ученики.
— Коллопортус, — из возвращённой профессору золотистой палочки вырвалось заклинание, запершее дверь в класс, неприятно удивив учеников, некоторые из которых прошептали матерное слово из четырёх букв.
Улыбчивый мужчина быстро спустился по лестнице. Обстановка в кабинете осталась прежней, за исключением двух деталей: гигантская картина Локхарта-портретиста отсутствовала, по углам свободного пространства между партами и дверями стояло четыре подставки с клетками, накрытыми бордовыми тканями.
— Сегодня я даю вам шанс исправить тестовую работу, свободно используя мои книги для поиска правильных ответов. Не забудьте указать в опросном листе название книги и номер страницы с ответом, — засиял Гилдерой, остановившись у первых парт. — За умение работать с литературой лучший из вас получит пять баллов.
Профессор осмотрел учеников, не видя в большинстве даже толики уважения к нему. Как он знал, из списочного состава сорока поступивших в прошлом году первокурсников с Гриффиндора и Слизерина убыло двое, с Равенкло четверо, с Хаффлпафф пятеро, итого осталось двадцать девять магов — это самая крупная потеря студентов среди всех семи курсов Хогвартса.
