Прижатый к краю Перегрин попытался выполнить финт с отбиванием чужого заклинания своей волшебной палочкой, но опыта не хватило, и он сам отлетел парализованным, сшибив нерасторопного Гойла. Джордж не смог поступить столь же ловко, как Гарри-Грегарр во время летних игр в лесу, однако даже неуклюжий завал на левый бок позволил ему избежать заклинания, упав на помост и теоретически оставшись способным колдовать лёжа.
— Победил Уизли! — возвестил Локхарт под бурную радость и смех гриффиндорцев.
Азарт подвёл близнецов: они согласились на вызовы от шестикурсников с Равенкло и проиграли быстрым чароплётам. Следом две слизеринки с седьмого курса исправили положение после парней с пятого — победили зазнавшихся гриффиндорских ведьм и сняли с факультета четырнадцать баллов. Переживания за содержимое колб взбудоражило многих школьников, ринувшихся на «платные» дуэли с куда большей охотой, чем на предыдущих собраниях Дуэльного клуба.
Прикинув погоду, Поттер решил воспользоваться случаем устроить под благовидным предлогом очередную сенсационную тренировку и забросил удочку, во время скучной перестрелки красными искрами у первокурсников легко пройдя мимо уступающих ему дорогу учеников к учителям, стоявшим особняком и делавшим скупые ставки в сиклях на победу кого-либо со своего факультета.
— Профессор МакГонагал, можно обратиться? — глядя честно и невинно.
— Что вы хотите, мистер Поттер? — всё ещё не оттаяв после понедельника.
— Я хочу сказать, что шоу с гром-птицами отлично смотрится только в тёмное время суток, — произнёс вежливый мальчик, чуть кивнул и убежал к друзьям, чьи рожицы с любопытством поглядывали в его сторону.
Взрослые легко разгадали тонкий намёк перенести матч на вечер субботы и тот сюрприз, который бы ждал всех в первый матч школьного чемпионата по квиддичу.
Число желающих сразиться всё росло и росло вместо убыли, как вдруг:
— И на сегодня дуэли завершены!
— Но профессор Локхарт!..
— Ещё полчаса до ужина, профессор!..
— Пожалуйста, можно ещё одну?..
— Тихо-тихо, — двумя руками призывая к тишине. — Сегодня у меня для вас припасён ещё один сюрприз! — оповестил златокудрый мужчина, купающийся в детском внимании, хотя предпочёл бы женскую очередь в книжном магазине.
Дети притихли, даже обидно пощипанные гриффиндорцы и хаффлпаффцы, чьи реванши лишь отнимали камни из их колб.
— Итак, сегодня… из почти векового подполья… я вывожу в свет… Дуэли Основателей! — пафосно возвещая о судьбоносном решении руководства школы.
Некоторые подростки охнули или ахнули, кто-то шокировано вылупился.
— Многие из вас слышали о них или участвовали, хех, подпольно! Отныне Дуэли Основателей легальны! Чемпион каждого факультета получает карточку с портретом основателя и формулой какого-нибудь редчайшего заклинания. Чемпион Хогвартса, собрав все четыре карточки и составив из них порт-ключ, посещает башню Основателей! — картинно впечатляя детей раскрытием очередного секрета школы. — Как мне на ушко поведал наш многоуважаемый директор Дамблдор, — кланяясь оному, показавшемуся у громадных дверей Большого зала, — последним посетителем башни Основателей был он сам в конце прошлого века.
И яркий артист породил овации в честь выдающегося волшебника, недавно развоплотившего Тёмного Лорда.
— Студиозусы! — привлекая внимание к своим словам. — Наши уважаемые деканы сейчас при вас сделают общедоступным Дуэльное крыло Хогвартса и скорректируют настройки магической системы под современные правила… трёх иксов! — Гилдерой всё лучше умел выступать и владеть вниманием публики, ранее никогда не составлявшей свыше двух сотен магов. — Там у каждого факультета есть своя тренировочная и дуэльная площадка, предусмотрен специальный зал для общих собраний Дуэльного клуба — он в подполье прямо под вашими ногами! — задорно шутя. — Итак, пройдёмте за уважаемыми деканами и познакомимся с исконным местом обитания Дуэльного клуба.
Как же мало, порой, нужно для счастья! Восторженные дети толпой сгрудились напротив золотой статуи Архитектора и во все глаза наблюдали за тем, как деканы подходят к углам постамента и с разной степенью пафосности прикладываются своими волшебными палочками. Огромная статуя с причудливой бородой в виде двух пышных смерчей шагнула вперёд на вытянувшийся перед ней постамент, потом вновь сжавшийся. Далее Архитектор приподнял левую руку, и свиток в ней раскрылся, являя краткий дуэльный кодекс. После этого кладка в нише за статуей причудливо трансфигурировалась в высокие двери, изготовленные в том же стиле, как при входе в Большой зал, а сам постамент со статуей стал с гулом и дрожью всего пола съезжать в угол между проходами, переставая загораживать входы.
— Хлеба и зрелищ, — поражённо прошептала Гермиона какой-то древний афоризм, пришедшийся весьма кстати.
Наступил черёд Дамблдора внести свою директорскую лепту: по велению его бузинной палочки чернённый текст на золотом свитке ярко забрезжил белым светом и поменялся под современные реалии.
