— Хочешь об этом поговорить, Гарри? — предложил Альбус ради сглаживания неприятных тем, поднятых в начале разговора и хотя бы прояснённых. Большее давление пока рано совершать.
— Я сейчас уже понял, сэр, что это завуалированное приглашение вас на чай к ним в застольный Клуб за стольник, — выразился Поттер и виновато улыбнулся.
— Экстравагантно, — обронил Дамблдор и разрезал десерт на ещё более маленькие порции.
После паузы на лакомство Альбус, тревожась, продолжил:
— Все тёмные артефакты крайне опасны, Гарри. В неумелых руках и без должного знания они приносят много бед и несчастий. Подумай хорошенько, Гарри, стоит ли брать на себя груз такой невероятно тяжёлой ответственности?
— Сэр, на меня уже возложен груз какого-то пророчества, связанного с Тёмным Лордом. Раз вы мне отказали в том, чтобы завести себе в помощь тёмную зверюгу типа дракона, то я без спроса обзавёлся тёмным артефактом в тех же целях. Наберусь знаний, отработаю навыки. Простите, голыми руками я уже повоевал, больше ни-ни.
Великий светлый волшебник судорожно вздохнул да тяжело и протяжно выдохнул, неприятно поражаясь детской логике.
— Гарри, с Тьмой борются Светом. Вспомни Люмос Солем и Экспекто Патронум.
— Архитектор убеждает в другом, — мальчишка сослался на кодекс древнего авторитета, благоразумно не став порождать дискуссию ответом типа: «Свет Люмос Солем только разгоняет темноту и при концентрации сжигает любую жизнь, и Экспекто Патронум тоже принципиально не способно победить дементоров».
— Гарри, используя тёмные методы, сам становишься тёмным. Это непреложная истина, — убеждённо заверил Дамблдор.
— Во истину, пепел от феникса является концентратом тьмы.
Дамблдор приоткрыл рот и закрыл его, покачав головой и оставив следующий аргумент при себе.
— Извини, Гарри, твоё поведение вынуждает меня более тщательно присматривать за тобой. Из-за появившихся сомнений мне придётся провести реставрацию Каменного круга без тебя, — озвучив наказание, очень весомое для мальчика.
— Кому-нибудь будет позволено присутствовать?
— Можешь идти, — отпустил директор, отказав в милости и ответе на вопрос.
— Пока, сэр, — откланявшись и побежав прочь.
Поттер видел очевидный компромисс с обменом тёмного артефакта на святой, и отсутствие такого предложения означало отсутствие таких артефактов. К сожалению, больше в Тайную Комнату нельзя, иначе Фоукс заметит и переместится к нему туда, срисует координаты и доставит директора. Терять классный полигон действительно жаль. Под защитой можно посещать, конечно, но Тутаминис и Альчака так не потренируешь. Об исполненном решении сунуть корону меж внутренних органов василиска он не жалел и доставать в ближайший год не собирался.
Подчерпнутого у юного Тома хватало, чтобы здраво судить о собственной слабости при прямом вторжении в сознание, поэтому глупо начинать спарринги с проклятым ежедневником до следующего учебного года. Только после серии уверенных побед над сознанием юного Реддла можно примерять ту корону, да и то не лично, а через дубля Эгоморфус, чтобы одновременно с двух позиций изучить. Загвоздка в том, что Дамблдор вряд ли даст столько времени, справедливо опасаясь того, что Поттер способен натворить с усилителем интеллектуальных и телепатических способностей, сравнимым со знаменитой и вроде как утерянной в веках диадемой Ровены Равенкло, каким-то образом увеличивавшей ум и являвшейся одной из вожделенных целей юного Реддла для создания хоркрукса, чтобы таким образом перенять волшебные способности артефакта. Том и про чашу Хаффлпафф читал, и про медальон Слизерина, и про меч Гриффиндора.
Четыре из семи. Сколько из них найдено и осквернено? Возможно, один хоркрукс получится сделать компасом на следующий или все другие. Однако заняться этим можно только после безоговорочной ментальной победы над юным Томом в ежедневнике.
Помимо спарринг-партнёра в Легилименции и Окклюменции для Поттера в ежедневнике Реддла остался один практический интерес — Лингвистика Реципрокус. Обучаться этому заклинанию Гарри-Грегарр намеревался в «Хогвартс-экспрессе» от Перси, а если тот упрётся рогом и останется в замке, то во время турне по США. То есть в любом случае не в ближайшие три недели. То есть после угрозы Дамблдора имеет смысл подыграть Кеттлберну, перестав отправляться с Пхукетом в лес Килдер, дать юному Тому время утонуть в ложных воспоминаниях, и Пхукету время поднатореть в перенятом, и самому себе время…
— Чего мандражируешь? — шепнул Гарри-Грегарр, после чая в четверг третьего декабря встав в очередь после первокурсников, как предписывал регламент.
— Эти… шахматы, Гарри, смотри-смотри!.. — указав пальцем на подпрыгивающую на месте ладью. — Они все, ты глянь, все бесноватые. Капец!.. — Рон натурально ужасался наборам, выставленным на столиках в Дуэльном зале.
— Настучишь палочкой по макушке и усмиришь, дел-то, — ухмыляясь, ответил Поттер.
— Нельзя палочки доставать, ты что, правила забыл⁈ — зашипел на него Рон.
— Ну, прижми к ногтю, раздай щелбаны, плюнь, в конце-то-концов, нихи-хи…
