Некоторые школьники присвистнули от восхищения перед столь дорогим призом, а другие захлопали в ладоши, радуясь стоящим стимулам выучить редкое заклинание за два дня, потому что никто из учащихся им не владел. Многие студиозусы закусили губы с досады, что не записались на участие, а то знай заранее о полководческом зачёте, обязательно бы сыграли партию в колдошахматы. Такой вот интересный воспитательный урок и эксперимент устроил Дамблдор, экспромтом, между прочим.
— Махачи — это круто! Гарри, мы же выучим эти Пи-чары, да? — Рон полнился энтузиазмом, как и многие из тех, кто спускался с балкона.
— Пиертотум Локомотор, — въедливо напомнила Гермиона, проигравшая партию сопернице со Слизерина на три года старше себя. — Я их однозначно разучу.
— Главное, после ужина успеть отхватить копию с учебника, — весело заметил Поттер. — Я тоже поучаствую в строевых баталиях — это реально крутые махачи! И чего ты мне о них ранее ничего не рассказывал, Рон? — пихая локтем.
— Ай! Мне папа всегда запрещал их устраивать, Гарри. И я только голосом командовал бежать в общую свалку, про Пи-чары даже не слышал, — специально сокращая название, чтобы досадить кудрявой зазнайке.
— Этими ученическими наборами поди покомандуй — нахуй шлют, — пожаловался Дин, проигравший барсуку с первого курса из-за самовольности светлых фигур, отказавшихся передвигаться темнокожим игроком.
— Вот для этого и понадобятся чары Пиертотум Локомотор, — наставительно заметила Гермиона. — И следите за языком, мистер Томас!
— Это не я, это слизеринские фигурки так матерятся, — отмазался Дин, памятуя их изготовителя, с виду порядочную студентку седьмого курса.
— Будь культурнее их, Дин, — Невилл наконец-то смог сам кому-то ввернуть эту фразу, не раз повторявшуюся его отцом.
— Ух, я бы их всех спалил к чертям собачьим! Представляете, грёбанная пешка вместо атаки показала голый зад, — Симус всё никак не мог забыть это вопиющее поведение, из-за которого он проиграл партию.
И похожих реплик по коридору раздавалось множество.
— Классная игровая тренировка, — улыбчиво заявил Поттер. Он оставил себе фразу: «Вы только представьте, точно так же родители и профессора мучаются с детьми». Ни к чему прямо сейчас раскрывать сакральный смысл, пусть дети позабавятся поведением фигурок и сопоставлением их с чертами характера создателей, иногда намеренно сделавших работу пакостно и участия в турнире не принимавших, а после заявления директора пожалевших об этом.
После ужина выяснилось, что зря стремглав мчались в библиотеку: мадам Пинс сделала несколько стопок двухсуточных копий общедоступного учебника в две трети дюйма толщиной, посвящённой овладеванию чарами Пиертотум Локомотор как раз на примерах шашек с шахматами и столовых сервизов; выдавала она эти книги только списочному составу участников турнира, отбривая остальных до воскресенья.
Участникам второго тура повезло — им разрешили выбирать доски с наборами из двух доступных. Некоторые прикинулись пай-фигурками, но их уже запомнили и отодвинули в сторону. Впрочем, хрен редьки не слаще. В чём быстро убедились и Рон, и Драко, чьих королей срубили по вине своенравных защитников, не желавших идти на размен или напролом пёрших за мечтой о короне ферзя.
Футбольные квиддичисты дружно решили остаться болеть за своих вместо игры на холоде с мелкой снежной крошкой, начавшей создавать первые заносы, которые уже не растают днём.
— Поздравляю всех победителей второго тура Рождественского Турнира Хогвартса по колдошахматам. Напоминаю, третий тур состоится завтра в семнадцать тридцать в этом зале. Хм, мистер Малфой? — реагируя на поднятую руку. Аудиальную защиту он уже деактивировал.
— Прошу прощения, профессор Снейп. Я хочу показать профессору Локхарту владение заклинанием Селебритимиллиус за обещанные десять баллов, — вежливо обратился Малфой.
— Предложение в силе, мистер Малфой! — с радостью откликнулся Гилдерой. — Можете прямо с места отправить в зал сноп или даже снаряд, — дозволил профессор.
— Селебритимиллиус, — Драко с первого раза выпустил длинный сноп разноцветных искр, прицельно осыпавших стол с подведшими его фигурками, смешно затанцевавшими под неприятным для них дождём.
— Браво, мистер Малфой, десять баллов, — широко улыбаясь, Гилдерой публично дал обещанную награду.
Многие захлопали, но как-то вяло признавая повышение статуса из-за явленного мастерства во владении волшебной палочкой, что в магическом обществе ценилось очень высоко.
— Профессор Локхарт, разрешите мне тоже!
— И мне, пожалуйста!
— И я хочу!
— И мы тоже!
Раздались крики желающих самоутвердиться при всей школе, как это сделал хитрый Малфой, замазавший выбытие из турнира.
— Конечно-конечно! Все желающие выстройтесь в центральных пролётах справа от меня и поочерёдно колдуйте по моему сигналу, — распорядился Локхарт, довольный тем, что в центре всеобщего внимания и что состоятелен как профессор.
