Волшебники полностью

Когда Квентин посмотрел на них, его сердце замерло. Он был уверен, что они могли увидеть его вину; ему казалось, будто он весь был покрыт этой липкой виной. Однако они его не заметили. Мистер и миссис Орлофф были больше похожи на брата с сестрой, чем на супругов: оба под метр восемьдесят, широкоплечие, с волосами мышиного цвета – у него коротко остриженные, у неё собранные в деловой укладке. Они шли, будто в тумане – держа за плечи, декан Фогг обводил их вокруг чего-то невидимого – и Квентину потребовалась некоторое время, чтобы понять, что они находились под сильным гипнозом, чтобы даже теперь они не смогли понять, какую школу посещала их дочь.

В тот август физкиды вернулись с летних каникул пораньше. Всю последнюю неделю перед занятиями они провели в своём домике, купаясь в бассейне, совершенно не занимаясь и посвятив себя проекту, который заключался в том, чтобы глоток за глотком пить старый, вязкий и совершенно отвратительный портвейн, который Элиот нашел в задней части кухонного шкафчика. Однако они всё равно чувствовали себя трезвыми и подавленными. Удивительно, но теперь Квентин был уже на четвёртом курсе Брейкбиллс.

– Мы должны собрать команду по велтерсу, – заявила как-то Джэнет.

– Нет, не должны, – сказал на это Элиот.

Он лежал на старом кожаном диване, положив одну руку себе на лицо. Уставшие от безделья физкиды сидели в библиотеке.

– А вот и должны, Элиот, – сказала Джэнет, резко ткнув его ногой в бок. – Бигби мне так сказал. Будет проводиться турнир, играть должны все. Об этом просто ещё не объявили.

– Чёрт, – сказали Элиот, Элис, Джош и Квентин одновременно.

что?

– 

Я найду снаряжение, – добавила Элис.

– За что?– простонал Джош, – За что они так с нами? Боже, за

– Это для нашего боевого духа, – ответила Джэнет. – Фогг

сказал, что нам нужно взбодриться после того, что случилось в прошлом году. Турнир по велтерсу – это часть плана по возвращению к нормальной жизни.

– До этой новости с моим духом всё было в порядке. Чёрт, терпеть не могу эту игру. Это издевательство над старой доброй магией. Издевательство, говорю я! – сказал Джош и сделал неприличный жест, никому в отдельности.

– Хуже всего, что это обязательно. Деление на команды идёт по специализациям, так что мы с вами играем вместе. Даже ты, Квентин, – сказала Джэнет, похлопав его по голове, – у которого её длсих пор нет.

– Ну, спасибо.

– Я голосую за то, чтобы капитаном была Джэнет, – сказал Элиот.

– Конечно, капитаном буду я. И как капитан, я с радостью вам сообщаю, что первая тренировка состоится через пятнадцать минут.

Все стали возмущаться и ёрзать, устраиваясь поудобнее на своих местах.

– Перестань, Джэнет, – сказал Джош.

– Я даже никогда в это не играла, – сказала Элис. – Я не знаю правил.

Она лежала на ковре, лениво рассматривая старый атлас. Он был полон старинных карт, на которых моря были населены с любовью нарисованными несуществующими монстрами; пропорции здесь редко соблюдались, и монстры получались больше континентов. Этим летом Элис обзавелась парой

невероятно модных прямоугольных очков.

– Да ты их сразу поймешь, – сказал Элиот. – Велтерс – это весело. И познавательно!

– Не переживай, – сказала Джэнет, наклонившись к Элис и нежно, по-матерински, поцеловала её в затылок. – На самом деле, никто не знает правил.

– Никто, кроме Джэнет, – добавил Джош.

– Никто, кроме меня. Жду вас в три. Джэнет радостно выскочила из комнаты.

В конце концов, дошло до того, что они не нашли дела поинтереснее, на что и рассчитывала Джэнет. Они собрались у поля для велтерса, измученные и совершенно не готовые к игре в этот испепеляюще жаркий летний день. Солнце светило так ярко, что смотреть на траву можно было с трудом. Закатав рукава футболки, Элиот сжимал в руках липкий графин портвейна. Один вид этого вызывал у Квентина сильную жажду. В водных клетках отражалось ярко-голубое летнее небо. В ногу Квентина врезался кузнечик, и зацепился за его штаны.

– Итак, – сказала Джэнет, поднимаясь по лесенке на потрёпанное погодой деревянное кресло судьи в своей опасно короткой юбке. – Кто знает, с чего мы начинаем?

Как выяснилось, сначала нужно было выбрать клетку и бросить в неё камень, называемый глобусом. Камень был сделан из необработанного мрамора голубоватого цвета (и действительно немного смахивал на глобус) и размером походил на шарик для пинг-понга, но был намного тяжелее. Квентин оказался неожиданно одарённым в этом деле, которое повторялось на различных этапах игры. Главный подвох был в том, чтобы не уронить глобус в воду: в таком случае засчитывался проигрыш, и к тому же было очень тяжело достать потом камень из воды.

Элис и Элиот были в одной команде, играя против Джоша и Квентина, а Джэнет досталась роль судьи. Джэнет не была самой прилежной из физкидов, как Элис, или самой талантливой, как Элиот, но она очень любила соревноваться и решила стать экспертом велтерс, который был удивительно сложной игрой.

– Без меня вы проиграете! – сказала Джэнет, и это было чистой правдой.