Волшебники полностью

– Я не знаю! – выкрикнула Джэнет; она обвила руками шею Элиота, прижавшись к нему, пытаясь согреться. Элиот раздражённо мирился с этим.

– К чёрту его, давайте начнём, – сказал он. – Я хочу поскорее всё это пережить.

– Мы не можем начать без Джоша, – твёрдо сказала Элис.

– Кто сказал, что не можем? – сказал Элиот, попытавшись отстранить от себя Джэнет, которая вцепилась в него мёртвой хваткой. – Всё равно без него мы играем лучше.

– Я бы лучше проиграла с ним, – сказала Элис, – чем выиграла без него. Он же не умер. Я видела его сразу после завтрака.

– Если он не появится в ближайшее время, умрём мы, от холода, и тогда ему придется в одиночку продолжать эту великую битву.

Квентин волновался из-за отсутствия Джоша, хотя сам не понимал, почему.

– Я найду его, – сказал Квентин.

– Не неси чушь. Он, наверное…

В эту секунду один из преподавателей, исполняющий обязанности судьи, крепкий смуглый мужчина, которого звали профессор Фокстри, появился перед ними в парке длиной до лодыжек. Студенты как-то подсознательно его уважали, может быть, потому, что у него было хорошее чувство юмора, а также высокий рост и индейское происхождение.

– Что за задержка?

– У нас не хватает игрока, сэр, – ответила ему Джэнет. – Джош Хоберман пропал без вести.

– И что? – сказал профессор Фокстри, решительно скрестив руки на груди. На кончике его длинного носа висела капля. – Давайте покончим с этим убожеством побыстрее, я бы хотел вернуться в комнату отдыха к обеду. Сколько вас тут?

– Четверо, сэр.

– Этого будет достаточно.

– Вообще-то, трое, – произнёс Квентин. – Извините, сэр, но я должен найти Джоша. Он должен быть здесь.

Не дожидаясь ответа, он побежал по направлению к Дому, засунув руки в карманы и натянув воротник до ушей, чтобы защититься от холода.

– Да ладно тебе, Кью! – услышал он возглас Джэнет. А потом, когда стало понятно, что Квентин не шутит, он услышал их отчётливое: «Чёрт».

Квентин не знал, злиться ли на Джоша или волноваться за него, поэтому он был зол и встревожен одновременно. Фокстри был прав: игра не была так уж важна. «Наверное, этот козёл просто проспал,» – подумал Квентин, оказавшись на середине твёрдого, промёрзшего дёрна Моря. По крайней мере, его согреет жир. В виде этого жирного придурка.

Но Джоша не было в постели. Его комната была водоворотом из книг, бумаги и одежды; некоторые из его вещей парили в воздухе. Квентин пошел искать дальше, на застеклённую террасу, но там был только старый профессор Бжезински, эксперт в области зельеварения, сидевший около окна с закрытыми глазами, окутанный солнечным светом; его белая борода ниспадала на покрытый пятнами старый передник. В одно из окон билась гигантская муха. Казалось, профессор спал, однако он неожиданно заговорил, когда Квентин уже собрался было выйти из комнаты.

– Ищешь кого-то? Квентин остановился.

– Да, сэр. Джоша Хобермана. Он опаздывает на матч.

– Хоберман. Тот толстяк.

Старик помахал Квентину своей бледной рукой с проступающими синими венами и вытащил из передника цветной карандаш и кусочек разлинованной бумаги. Быстрыми, уверенными штрихами профессор Бжезински нарисовал схему Брейкбиллс. Он пробормотал какие-то слова на французском и добавил на карту знак, похожий на розу ветров.

Он показал её Квентину.

– Что ты здесь видишь?

Квентин ожидал каких-то волшебных спецэффектов, но ничего подобного не произошло. На уголке листа было пятно от пролитого кофе.

– Ничего особенного, сэр.

– Правда? – старик принялся изучать карту, он выглядел озадаченным. Он пах, как богатый озоном, разряженный воздух, как будто его недавно ударила молния. – На самом деле, это очень хорошее заклинание поиска. Посмотри ещё раз.

– Я ничего не вижу.

– Хорошо. А где на территории школы не работает даже очень хорошее заклинание поиска?

– Без понятия, – сказал Квентин. Признание своей некомпетентности было самым простым способом получить информацию от любого профессора в Брэйкбиллс.

– Поищи в библиотеке, – сказал профессор Бжезински, снова закрывая глаза, как престарелый морж, устроившийся на залитом солнцем камне. – Там настолько часто применялось заклинание поиска, что уже невозможно ничего, чёрт побери, найти.

Кветин не часто бывал в библиотеке Брейкбиллс. Почти никто там не бывал по своей воле. На протяжении многих веков студенты так усиленно использовали заклинания поиска, чтобы найти нужные книги, и заклинания сокрытия, чтобы скрыть эти самые

книги от своих соперников, что вся территория библиотеки стала невосприимчивой для магии, как палимпсест1, на котором писали столько раз, что уже ничего не разобрать.