Громко топая, он отправился в покои короля. Закрывал и открывал там двери так громко, словно это не один человек, а целая демонстрация. Плюхнулся в кровать и громко запел песню. На втором куплете он понял, что слов не знает, но не замолчал, а вновь принялся за первый куплет.
— Спать — так спать! — сказал напоследок он. И, сняв сапоги, быстро побежал сквозь переход в старое крыло дворца.
Таким образом он хотел выиграть хоть немного времени. Вдруг это поможет, и они клюнут на то, что он в королевской опочивальне. Пока они в темноте разберутся, может, чем-то и выдадут себя.
Сейчас он был один, совершенно один среди врагов и потому искал хоть что-то, что могло ему помочь. Все здесь против него. Это хуже, чем на войне. Там хоть известно откуда придет противник. Здесь противник мог прийти с любой стороны.
В комнате, в старом крыле, где он когда-то ночевал перед турниром, Зверев провел рукой по стульям и кроватям, вытирая пыль. Рука стала серой. Но что делать? Другого места не найти.
Он закрыл дверь столом и упал на кровать. Меч все еще был с ним. Он стал ему как рука. В нем видел Зверев свое спасение.
Лунный свет, падавший в комнату, отражался в мече. В этом двойном сиянии Зверев пытался не спать, быть начеку. Но голова опускалась, глаза закрывались сами собой. Зверев открывал их, но ненадолго. Они закрывались вновь.
«Главное — меч», — постоянно думал Зверев. И тут он решил, что нет смысла так долго держаться без сна, он только ослабеет.
«Я могу спать, — сказал он сам себе. — Я даже должен спать, ибо что я буду завтра за боец, не выспавшись. Но я должен всюду быть со своим мечом, даже во сне».
И когда на минуту луну закрыли тучи, Зверев моментально уснул.
Сейчас он совсем не походил на воина, а скорее напоминал спокойно спящего ребенка. Только мужские руки, крепко держащие меч, говорили нам правду о его возрасте. И улыбался он во сне совсем как дитя. Наверное, ему снился хороший сон.
Зверев проснулся от яркого света. Он раскрыл глаза и потянулся — за окнами вовсю светило солнце. Кажется, он проспал. Это было понятно, ведь он полночи держался изо всех сил, чтобы не заснуть. Какая там сегодня погода?
Раз солнце, значит, все будет хорошо. Зверев повернул голову от окна и увидел…
Он даже закрыл глаза, чтобы сразу не выдать себя, — на полу стоял десяток всадников с вытащенными радарами. Они выстроились полукругом возле Зверева, что-то выжидая.
Зверев незаметно потянулся за мечом. Руки его беспомощно зашарили в пустоте. Приоткрыв глаза, Зверев увидел, что лошади тащат за веревки его меч в дальний угол комнаты. Они украли меч, пока он спал, и сейчас везли его, обвязав канатами.
Тогда лейтенант решил действовать несмотря ни на что: у него с каждой минутой все меньше оставалось возможности для спасения. Атака могла начаться в любой момент.
Зверев быстро скатился с кровати, надеясь уйти от действия зловещих приборов.
Сидя на полу, он поднял голову. Но и с этой стороны оказались всадники — рыцари и стражники. Лошади тревожно переступали с ноги на ногу.
У Зверева не только выкрали меч, но и окружили со всех сторон. Зверев глянул в угол. Там всадники начали отвязывать канаты от меча.
Почему же никто не стреляет?
Зверев стал медленно подниматься на ноги, настороженно поглядывая по сторонам.
— Предупреждаю тебя, — выехал вперед один из всадников. — Еще одно движение, и мы…
Он поклонился и вернулся в строй.
Зверев посмотрел на них с высоты своего роста. Тридцать — сорок всадников застыли вокруг него в напряженных позах, маленькие лошадки были словно игрушечные.
Зверев снова глянул на меч. Все всадники, которые были вокруг, направили на него смертоносное оружие.
— Эй, вы, не трогайте меч! — крикнул Зверев, потрясая кулаком.
Но они по команде старшего строились полукругом, не обращая внимания на угрозы Зверева.
Зверев посмотрел на свое окружение. Всадники с напряжением следили за ним.
— Приготовились! — донеслась до него команда из угла.
— Стойте! Кому говорю! — гремел над их головами голос Зверева.
Они строились как-то странно. И Зверев вдруг понял, что всадники приготовились обрушить на меч всю силу своего оружия.
Этого он не мог допустить. В едином прыжке достиг меча.
Тотчас в него вонзились десятки молний. Голубые искры сыпались во все стороны. Его пронзила боль. Временами словно десяток иголок впивались в него. Ржали напуганные кони. Дым начал застилать комнату. Запахло чем-то паленым.
Однако Зверев, живой и почти невредимый, схватил меч. Он повернулся к своим врагам, и голубое сияние осветило комнату.
— Спасайся! — закричали всадники, разбегаясь в стороны.
Зверев стоял с мечом, даже не пытаясь их настигнуть. Исход боя для него был ясен.
Зверев опустил меч и вытер рукой пот.
Когда дым рассеялся, он глянул на себя и рассмеялся. Весь его кафтан расползся, прожженный в десятках мест молниями всадников.
Зверев освободился от кафтана и кинул его на пол.
Держа в руке меч, он пошел во дворец, чтобы найти себе какую-то одежду.
